Курсы валют: « »

Свежий номер

Анонс № 2, 2018

Анонс № 2, 2018

Написано 08.02.2018 10:15

Татмедиа
События
ИА Татар-информ
08.02.2018 11:49

Время той «Звезды»

Оценить
(1 голос)

Журнал «Казань». № 2, 2018

В конце 2016 года в Казани открыли памятник депутату российского, а затем турецкого парламента Садри Максуди. Как-то стал вспоминать: а есть ли в России другие памятники какому-нибудь депутату первого в истории страны всенародно избранного парламента? Оказалось, что не помню не только я, но и Интернет, который, как говорят, знает всё. 

Вид на Бурнаевскую мечеть в начале  XXI века. 
Двухэтажное здание справа — дом Ахмедхади Максуди. Акварель  Евгении Шапиро
 

Другим политическим деятелям начала прошлого века и памятники в нашей стране есть, и улицы их имени, и книги о них пишут, и фильмы снимают, а вот о бывших депутатах бывшей Государственной Думы широкая публика может судить только по вымышленному персонажу двух одесских юмористов.

Вид на то же место. 2018

Ещё меньше внимания достаётся то­гдашним летописцам, освещавшим и осмыслявшим текущие события. Например, кто был издателем и редактором самой влиятельной дореволюционной российской газеты? Какую роль он сыграл в формировании общественного мнения? Если вы специально не интересовались, то вряд ли знаете. Между тем, приближается столетие отмены советской властью свободы печати, являвшейся одним из результатов революции 1905 года.

Из архивного документа:

Заключение инспектора Казанской татарской учительской школы М. И. Пинегина, представленное попечителю Казанского учебного округа С. Ф. Спешкову, на ходатайство Ахметхадия Максудова и Ибрагима Терегулова издавать газету на татарском языке «Звезда» («Юлдуз»).

14 июня 1903 г.

...Имею честь сообщить, что издание газеты... по моему мнению, совершенно нежелательно...

Что касается лиц, ходатайствующих о татарской газете, то, насколько мне известно, Ахметхадий Максудов, состоящий вероучителем начального татарского училища... по своему умственному настроению склонен к арабизму, к распространению среди татар арабского языка, с уклонением их умственного кругозора в страны восточного мусульманства, а не европейского просвещения; это выразилось в составлении руководства по арабской грамматике, по логике на арабском языке, по мусульманскому вероучению и др.1

 

Многие сведения об Ахмедхади Максуди, моём деде, мне в своё время сообщила сотрудница Института истории Академии наук Республики Татарстан Фарида Юлдашевна Гаффарова. Когда ей ещё в студенчестве посоветовали выявить роль Садри Максуди в истории нашего народа, о нём было известно очень мало. Можно сказать, всего два факта: он был депутатом Государственной Думы и покинул Россию после прихода к власти большевиков.

В ходе работы молодому историку так часто встречалось имя Ахмедхади Максуди, что она стала заниматься и его личностью, потому что о нём тоже было мало публикаций. В результате появилась книга ««Йолдыз» кабызган Максуди» — «Максуди, зажёгший «Звезду»».

К моему глубочайшему сожалению, Фарида Гаффарова из-за болезни сердца рано ушла из жизни. Она была очень хорошим человеком, целе­устремлённым исследователем и глубоко любила свой народ, его культуру, историю и язык. Она была первым историком, написавшим и защитившим (!) свою диссертацию на татарском языке. Её кончина стала для меня тяжёлой утратой. Теперь многие вопросы, которые появляются только со временем и на которые она наверняка знала как ответить, так и останутся для меня неясными.

К просветительской деятельности на ниве светской культуры дед пришёл не сразу. Сначала по окончании самого известного казанского медресе при мечети, открытой по указу Екатерины Великой, в котором учился и его отец Низаметдин, и его дед Гайнетдин, и его прадед Максуд, молодой мулла Ахмедхади стал преподавателем. Написанная им книга «Гыйбадат исламия» до сих пор пользуется большой популярностью в религиозных кругах.

Однако постепенно он стал осознавать, что светская культура позволяет получить намного более широкую и адекватную картину мира. Этому способствовало и его дальнейшее обучение в Казанской татарской учительской школе, и пребывание в Казанском университете в качестве свободного слушателя, и его собственное активное самообразование.

В результате он пришёл к необходимости создания условий, при которых широкие круги татарского народа могли бы получать передовые европейские знания напрямую на родном языке. А для этого надо, во-первых, сделать грамотность ещё более доступной, а во вторых — наладить издание большого количества просветительской литературы. И одним из первых шагов в этом направлении была организация соответствующего периодического печатного издания.

Для более продуктивного и прочного обучения родной письменности был составлен учебник татарского языка, ставший затем популярным среди многих тюркских народов: первая его часть выдержала более трёх десятков изданий, вторая — около полутора десятков. Общий тираж учебников авторства Максуди составил 1 миллион 200 тысяч экземпляров.

Ахмедхади Максуди фактически сформировал собственно татарский алфавит, добавив к арабскому ещё шесть букв, соответствующих национальной фонетике. Для татар им были написаны также учебники русского и французского языков. И газета была нужна прежде всего для массового просвещения: ведь процент грамотных среди татар и прежде был значительно выше, чем среди всех прочих народов империи.

Желание издавать газету на самом деле возникло гораздо раньше даты, указанной в приведённом документе. Так, в течение года, проведённого в Турции для по­дробного знакомства с местной культурой, Ахмедхади также интересовался по­дробностями газетного дела. Вернувшись в 1993 году оттуда и год преподавая в бахчисарайском медресе выдающегося тюркского просветителя Исмаила Гаспринского, казанский педагог вплотную познакомился с газетной издательской практикой.

Дело в том, что Гаспринский, учившийся в кадетском корпусе вместе с сыном известного издателя Михаила Каткова, бывавший в его доме и получивший там начальные представления о создании печатной продукции, ещё в 1983 году сумел начать издание первой в истории России газеты на татарском языке под названием «Терджиман» («Переводчик»), которую стали читать во всём тюркском мире, причём одновременно она выходила на русском языке. И к тому времени, когда Ахмедхади Максуди приехал в Бахчисарай, газета выходила уже десять лет.

Возможность издавать газету на татарском языке в Казани появилась только после царского манифеста 17 октября 1905 года, дававшего, в частности, свободу печати. Первый номер «Юлдуз» («Звезда») вышел уже в январе 1906-го. Издатель и главный редактор вкладывал в газету практически все средства, полученные от продажи своих учебников. Другим значительным источником финансирования была платная подписка на газету. Вскоре она стала одним из самых влиятельных периодических изданий, причём не только в татарской среде, но и в тюркском мире в целом.

Основными для газеты темами были просвещение, родной язык, литература, общественная и политическая жизнь и татарского народа, и всей страны, и всего мира. По публикациям «Юлдуз» можно проследить и историю попытки создания первой мусульманской партии, и ход избирательной кампании в Государственную Думу, и деятельность её мусульманских депутатов. Выступления наиболее активных членов мусульманской фракции, таких как Садретдин Максудов и Гайса Еникеев, печатались в полном виде. С началом Первой мировой войны её перипетии стали постоянно освещаться в газете. После Февральской революции на первый план вышли проблемы национального самоопределения и создания автономии.

Многие публикации посвящались выдающимся личностям, таким как Лев Толстой, Михаил Ломоносов, Александр Пушкин, Виссарион Белинский, Тарас Шевченко... В числе деятелей национальной культуры газета писала, конечно, о Габдулле Тукае, Исмаиле Гаспринском и многих других. В сфере внимания редактора были и театр, и печать, и экономика, и история, и социальные проблемы, и техника, и медицина, и даже астрономия.  

В советское время у Ахмедхади поначалу была возможность преподавать арабский язык, но в 1934 году последовали арест и обвинения в деятельности против советской власти, естественно, совершенно абсурдные, как и многое в то время. Деда то сажали, то ссылали, то освобождали, то снова сажали. Некоторые подробности можно найти в Википедии. Приведу эпизод, который пересказала мне тётя Бахрамия. После очередного допроса в камере на него вдруг набросился с кулаками какой-то незнакомый человек, кричавший: «Ты соблазнил мою жену!». Но как только конвоир ушёл, этот человек сразу успокоился. Уловив принцип, на следующем допросе дед тоже стал изображать безумца, заявив: «Я философ мира!», и начал излагать непонятные следователям сведения. Один из них записал о подследственном: «Похоже, он умнее, чем хочет выглядеть». Но, видимо, тактика оказалась действенной, поскольку через некоторое время его всё-таки отпустили. Это было в 1939 году, а два года спустя он умер.

Ахмедхади Максуди написал и немало философских работ. В частности, объёмная машинописная рукопись «Неологика», хранившаяся у нас в семье, была в своё время передана мною руководителю архива Института истории Академии наук Рес­публики Татарстан Марселю Ибрагимовичу Ахметзянову. В том же архиве хранится и полная подшивка газеты «Юлдуз».

На семейном фото рядом с дедушкой сидит бабушка Зейнаб, слева от них младшая дочь Бахрамия. Слева стоят средняя дочь Шафика с мужем Ибрагимом и дочкой Нильфер. Шафика позднее заведовала кафедрой иностранных языков в Ростовском институте инженеров транспорта. Ибрагим Аитов имел независимые взгляды, переписывался с Лионом Фейхтвангером, принимал как гостя Тура Хейердала, был садоводом-селекционером.

Следующим стоит старший сын Гарун, тогда молодой врач (в середине 1930-х годов среди его пациентов был и Михаил Афанасьевич Булгаков, взявший фамилию врача для автобиографического героя «Театрального романа»), а в дальнейшем профессор, заместитель директора института неврологии Академии медицинских наук СССР. Рядом с ним его младший брат, мой отец Гашим, ещё студент-химик. Положив руку на плечо главы семейства, стоит его самая старшая дочь Фатима-Алия, терапевт, с мужем Кадыром Ходжаевым и дочкой Дилярой. Фотография сделана около 1930 года, а вскоре биолог Кадыр был репрессирован по ложному доносу и погиб.

Из нашего времени видеть результаты деятельности Ахмедхади Максуди можно по-разному. Но несомненно, что он был весьма заметной фигурой того периода, который многие национальные историки называют татарским Ренессансом. А основная суть эпохи Возрождения состояла прежде всего в избавлении от оков религиозного мировоззрения и становлении светской культуры, главным завоеванием которой в дальнейшем стало торжество естественнонаучного подхода ко всем явлениям жизни. Включая, между прочим, и феномен религиозности, имеющий ­безусловно объективные основания, но современная наука почему-то о них говорит очень мало. То ли сама пока ещё мало об этом знает, то ли по другим причинам, но факт налицо.

На рубеже между позапрошлым и прошлым веками произошло как бы освобождение от религиозного панциря, в котором веками существовала наша национальная культура, и на свет явилась целая плеяда ярких деятелей — драматургов и актёров, музыкантов и композиторов, художников и литераторов, предпринимателей и учёных. Ярчайшей же личностью периода татарского пробуждения был, несомненно, Габдулла Тукай. Он, как и Пушкин для русской культуры, был для татарской действительно «наше всё». Он был тоже чрезвычайно остроумен и весьма иронично, если не издевательски, относился к религии. Для него тоже были свойственны глубочайший лиризм и неожиданные философские прозрения. И, конечно же, оба были, как сейчас говорится, сильно политизированы.

Ахмедхади Максуди одним из первых увидел потенциал Тукая и привлёк его к сотрудничеству в своей газете. Он же обеспечил проживание поэта в гостинице «Булгар», где находилась и редакция «Юлдуз». И сейчас и поэт, и его издатель по-прежнему находятся поблизости друг от друга, но теперь уже на кладбище.

Много лет в газете сотрудничал и другой знаменитый литератор — драматург Галиаскар Камал. Он был ответственным секретарём редакции. Теперь его имя увековечено в названии главного национального театра республики, расположенного на другой стороне улицы напротив здания гостиницы «Булгар», где он работал. С газетой «Юлдуз» связаны и многие другие деятели татарской культуры, которые запечатлены в памятниках и названиях улиц.

Нет лишь почти ничего, напоминающего об Ахмедхади Максуди. Между тем, в сентябре нынешнего года исполнится 150 лет со дня его рождения. И было бы уместно показать, что татарский народ по достоинству оценивает вклад, сделанный в развитие его культуры одним из наиболее выдающихся, по мнению специалистов, национальных просветителей.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

© 2011 - 2018. Казань журнал . Все права защищены.
© ТАТМЕДИА. Все материалы, размещенные на сайте, защищены законом.
Перепечатка, воспроизведение и распространение в любом объеме информации,
размещенной на сайте , возможна только с письменного согласия редакций СМИ.
Создано при поддержке Республиканского агентства по печати и массовым коммуникациям РТ. 

© ТАТМЕДИА. Все материалы, размещенные на сайте, защищены законом.Перепечатка, воспроизведение и распространение в любом объеме информации, размещенной на сайте , возможна только с письменного согласия редакций СМИ.