Курсы валют: « »

Свежий номер

Анонс № 3, 2019

Анонс № 3, 2019

Написано 18.03.2019 11:22

Татмедиа
События
ИА Татар-информ
13.02.2019 10:59

«Пыжьян в кляре»

Оценить
(1 голос)

Журнал "Казань", № 2, 2019

Алексей АГАФОНОВ

В жизни я всегда был чем-то занят. Это требовало размышлений, наблюдательности. В детстве начал строить клетку для воображаемой совы, которая сидела в воображаемом овраге и была мне необходима. Пытался соорудить клетку из лучинок, используя случайные гвоздики. Заплакал, когда клетка не получилась. В дальнейшем довелось построить почти собственноручно несколько домов, среди которых был сооружённый из кругляка. Сруб получился хорошим, рубил углы «в чашку» и получил наивысшую похвалу от плотника, мудреца и друга: «Андреич, черту держать можешь».

Я не был жаден и, пожалуй, доволен, что к финалу жизни не накопил ни рубля. Никому не завидовал и не улаживал свои дела за счёт других. Вслед за Чеховым скажу: немало чего написал, кроме доносов и анонимок.

Сейчас я занят некоторым усовершенствованием дачи. Надо было перетащить на мой дачный участок три срубленные и брошенные кем-то высохшие сосёнки. Знакомый таксист, добрый приятель Саша, в прошлом майор-артиллерист, отказался помочь. Случайно в нашем подъезде нашёл крепкого немногословного парня с машиной, выполнившего эту работу. Зовут его Рамзан. Он — чеченец, женившийся на татарке из Казани. Супруга родила ему двух великолепных пацанов.

Вероятно, поэтому в памяти всплыли впечатления о встречах с чеченцами, ингушами в давние пятидесятые годы, когда я работал в Салехарде, где в то время обретались переселенцы самых разных национальностей.

Я был, по существовавшему в то время «табелю о рангах», главным хирургом Ямало-Ненецкого автономного округа, размеры которого превышают территорию Франции. Работа была интересная, и её было много. Салехард был одноэтажным деревянным городком, располагавшим единственным кирпичным покосившимся зданием, которое именовали «Белым домом». Оно служило столовой, рестораном и местом блатных разборок. В его прокуренной, сырой и тёплой тесноте сходились люди разных социальных уровней и взглядов на жизнь: от убеждённого марксиста до заскорузлого уголовника, от вора в законе до «суки опущенной». Там можно было услышать разговор изысканно-интеллигентный и блатную феню. 

Поначалу ходил туда с приятелем, замечательным «хохлом», как он себя называл, Петром Пономаренко. Мы проживали с ним в одной избе. Туда захаживал фельдшер-белорус Семён Семёнович Хвощ, пользовавшийся большим авторитетом у всех, кто его знал. Отсидев по пятьдесят восьмой и лишившись родственников в Белоруссии, он осел в Салехарде. Хвощ был приземист, необычайно силён и понимал толк в женских ласках. В то время он казался мне стариком.

 

Когда ребята укладывали поленницу около окон его комнаты, Хвощ просил не загораживать окно, так как к нему приходит Коша. Кого он называл Кошей, неизвестно. Но отлично помню, как молодая дама из бухгалтерии перебегала широкий больничный двор с деловым видом и с папкой каких-то бумаг под мышкой, неся перед собой несколько гипертрофированные женские прелести. Как-то больничный охранник и дворник из вольняшек (освобождённых), неподражаемый ниспровергатель «солдат», прокомментировал: «Катюша пошла в атаку!» Бухгалтера действительно звали Катя. А «солдат» — это быстронамерзавший столб из соответствующего материала, который требовалось обязательно срубить для дальнейшего использования будки (слово «туалет» неуместно).

Среди посетителей поликлиники было немало наркоманов. Хвощ обучал меня вести приём: «Если наркоман начинает угрожать, то у вас должна быть толстостенная бутылка, чтобы бить по башке, тогда буде порядок».

Салехард. 1953

 

Принимаю больных в поликлинике. Отстранив своим каменным плечом посетителей, входит Хвощ и сообщает:

— Я вам жертву очередной разборки привёз, его в «Белом доме» растоптали. Да вы не торопитесь, доктор, он, должно быть, умер, уже агония едва не началась.

— Что же вы сразу не сказали?!

— Так я и говорю, им Поддубный занимается, хотя это уже мартышкин труд. Его в блин растоптали.

До моего приезда отделением в Салехарде заведовал племянник легендарного силача борца Поддубного, о котором в своё время Куприн, приятель Поддубного, написал: «Человек огромной силы и такой же глупости». Физической мощи у племянника Поддубного не замечалось, и внешне он был мал и тщедушен. Ему не везло в практической работе.

На каталке лежал человек, напоминавший злую карикатуру или персонаж картины Иеронима Босха. Он был раздут, выраженный волосяной покров на туловище, шее и лице топорщился, придавая пострадавшему сходство с каким-то неведомым животным. Слабому дыханию мешала и окровавленная борода, прилипшая к нижней части вспухшего посиневшего лица. Стоило дотронуться до тела несчастного — ощущались скрип, похрустывание, которые в медицинской литературе сравнивают со скрипом снега под ногами. При повреждённом лёгком при вдохе или форсированном выдохе, кашле не имеющий выхода через дыхательные пути воздух поступает в плевральную полость и накапливается в ней, проникая в подкожные клетчаточные образования. Образуется своеобразный ниппель, нарушается функция лёгких. Смещается средостение. Органами средостения являются сердце, магистральные сосуды и жизненно важные нервы.

 

Одна из моих полемических статей о Татарстане была озаглавлена «Татарстан — средостение России»; сохранность средостения должна быть непременной заботой России.

Первая необходимая мера: нейтрализовать клапанную функцию повреждённого лёгкого. Прокалывается грудная клетка, в полость плевры вводится эластическая трубка, на конец которой монтируется палец от резиновой перчатки, рассечённый вдоль. Лучше для этой цели использовать презерватив. Этот клапан помещается под воду. Что и было сделано нашему пациенту, оказавшемуся чеченцем. Пришлось пожертвовать презервативом, при этом пожилая нянечка из вольняшек неодобрительно хмыкнула.

Вначале воздух выходил интенсивно, затем пошли отдельные пузырьки. Дыхание больного несколько улучшилось, возросло давление, которое почти не определялось.

У покалеченного страдальца была смята грудная клетка, на ней плясали два человека, поломав рёбра во многих местах. Я недостаточно хорошо знал, как поступить в этом случае, «не проходил» в ординатуре. Догадался: надо поднять грудную клетку. Теперь это рутинная мера при таких травмах. Сломанные во многих местах рёбра подобны покалеченной корзине, в которой находятся лёгкие, сердце и другие жизненно важные органы; восстановив форму грудной клетки — корзины, её можно поднять «за ручку», не беря пока во внимание обломки отдельных рёбер.

Алексей Агафонов. Салехард. 1953

 

Протянули под грудину толстые прочные нити и осторожно подняли брюшную стенку.

Няня, которая стригла окровавленные усы и бороду, сообщила:

— У него же губы оторваны.

— Тем более будь осторожна, они не совсем оторваны.

— Я стараюсь,— обиделась санитарка.

Нос, как бы втоптанный внутрь лица, мне удалось вытащить и восстановить его форму. Чтобы избежать шока, пришлось истратить последние ампулы донорской крови, которую мы получали из Тюмени. И вот постепенно начал пациент выкарабкиваться, выживать. Увы, у него были также сломаны обе кости правого предплечья.

Изменения его облика напоминали переводную картинку, запомнившуюся мне с детства. Из-под распухшей, сине-багровой маски появлялись красивое мужественное лицо и жёсткий пристальный взгляд чёрных глаз.

Спустя долгое время Иса, так звали больного, оправился. Навещал меня, всегда с каким-то подарком. Иногда это была рыба. Как-то он принёс уже готовое блюдо из рыбы, наверное, приобретя его в «Белом доме». Очень вкусное, называлось «Пыжьян в кляре».

Конечно, мы с Петром не нуждались в таких подарках, но это была, по-видимому, чеченская традиция благодарить за доброе.

Деформированное лицо Исы могло внушить страх. В Салехарде стало известно, что он оберегает молодого хирурга.

Что касается «плясунов» на живом теле, то милиционер Ваня сообщил мне: их убили. Хороший парень Ваня жил несколько дней в нашей приёмной комнате за большим баком для воды, когда была амнистия после смерти Сталина и милиция попряталась, боясь расправы.

Сообщили мне и подробности события. Один из «плясунов» был «катала», игрок в карты, жестокий и агрессивный, его боялись. Он пришёл в «Белый дом» за карточным долгом, получил удар по голове, потерял сознание и был растоптан на полу.

О нравах той салехардской жизни медики могли бы вспомнить многое.

Фельдшер Хвощ, отличавшийся упрямством и смелостью, привёз как-то от кинотеатра «Северный» подонка по фамилии Барышев с выпущенным кишечником.

Барышев поправился, и ещё в отделении, насосавшись больничного спирта, проник в послеоперационную палату к женщинам, где под визгливый бабий мат пристроился к больной в кокситной гипсовой повязке с отведённым бедром.

Его немедленно выписали из больницы. Он пригрозил мне: «К тебе, лепила, деревянный Бушлат придёт». Я встревожился: свои обещания эта публика выполняла.

Ко мне подошёл невзрачный мужичишка Иван Кулаков, оперированный по поводу грыжи: «Если вас, доктор, резать начнут, кто нам, дуракам, поможет?»

Через полтора месяца Барышева доставили с ранением шеи, и он скончался в приёмном покое от кровотечения из пересечённой сонной артерии…

...Звонок перед Новым годом. Бодрый мужской баритон:

— Я сейчас в Дагестане, в прошлом ваш студент в мединституте, чеченец по национальности. С друзьями — выпускниками мединститута вспоминали профессоров, и в первую очередь вас. Удалось выяснить ваш номер телефона через казанцев. Мы не забыли ваши замечательные лекции, зал был всегда полон. Вы иногда читали нам отрывки из «Записок молодого хирурга» Булгакова, а ещё могли прервать лекцию и попросить одного из студентов стать на несколько минут на ваше место и продолжить. Мы об этом знали и старались к лекциям готовиться…

Собеседник вспомнил и о том, что студентов, которые хорошо сдавали зачёты и проявляли интерес к хирургии, работая в кружках, я на последнюю лекцию просил прийти с зачётками и сразу ставил «пятёрки».

— Мы знали: если нет знаний, вы не поставите положительную оценку, кто бы об этом ни просил. Это раздражало администрацию института. А нам пошло на пользу…

Фотографии из личного архива А. А. Агафонова

Еще в этой категории: « Наиболее рядовой день

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

© 2011 - 2019. Казань журнал . Все права защищены.
© ТАТМЕДИА. Все материалы, размещенные на сайте, защищены законом.
Перепечатка, воспроизведение и распространение в любом объеме информации,
размещенной на сайте , возможна только с письменного согласия редакций СМИ.
Создано при поддержке Республиканского агентства по печати и массовым коммуникациям РТ. 

© ТАТМЕДИА. Все материалы, размещенные на сайте, защищены законом.Перепечатка, воспроизведение и распространение в любом объеме информации, размещенной на сайте , возможна только с письменного согласия редакций СМИ.

Наименование СМИ: Казан - Казань
№ свидетельства о регистрации СМИ, дата: Эл № ФС77-67916 от 06.12.2016 г.

выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи,
информационных технологий и массовых коммуникаций

ФИО Главного редактора: Балашов Ю.А.
Телефон редакции: +7(843) 222-05-43
Учредитель СМИ: АО «Татмедиа»
Email: kazan-magazine@yandex.ru