Курсы валют: « »

Свежий номер

Анонс № 11, 2017

Анонс № 11, 2017

Написано 13.11.2017 13:29

Татмедиа
События
ИА Татар-информ

ЧИТАЛКА

Журнал "Казань", № 10, 2012 Люблю казанские рынки-базары. Особенно вещевые толчки. Прежде называвшиеся барахолками. В Дербышках за кустами, как полуголая женщина, стыдливо жалась Сорочка. И звала, срамная, желанная, спасу нет! Власти её огородили высоким забором, как тюремную зону. На крохотном участке трава вытоптана, весной и осенью под ногами — чавк-чавк. И в той грязи кишат-ныряют тихари с Чёрного озера. Конечно, не в сталинках и не в галифе. Да и не зырк-зырк глазами, а с виду корешки: в фуражках в крапинку, на пальцах перстни, с живыми камушками и наколотыми. От блатноты пританцовывают. Охальные, нагловатые — где бы титьку ладонью сжать, вдоль ягодицы лещом скользнуть, а между тем вякнуть по-свойски, сузив в ниточку глазки: а финку позарез надо! А деньжатами не обижу, не... Там и сексотов больше, чем покупателей,— залетевших на спекуляции барыг, отрабатывающих подаренную ментами свободу. Однако хоть просматривался рынок насквозь, как ажурный чулок, разбой — он и в Советах разбой. Если продаёшь велик, то ни в коем разе не давай прокатиться. Или привяжи велик за багажник верёвкой и пусти покупателя вокруг себя, как в цирке. Тогда не смоется. Если продаёшь джинсы, тоже примерять не позволяй. Напялит их качок с Тяп-Ляпа, огладит ляжки, по карманам себя, как цыган, пробьёт... А как…
Прочитано: 9411 раз
Журнал "Казань", № 9, 2012 Мамочки, углублённые в книжки, толкают впереди себя яркие коляски, на дальней лавочке комары едят парочку, скрипит в небе «Чёртово колесо», щёлкают пульки в тире, а в пивной «Мечта» в этот час пригорюнились двое. Сдунув пену на мятую рукопись, один из них что-то увлечённо рассказывает приятелю, тот тихо похрапывает с сунутым в солонку пальцем. Но вдруг, не поднимая головы, приоткрывает мутные глазки и говорит: «Да, да, старик, всё так и было. Но прошло!». В это время буфетчица толкает немытую раму, и влажный ветерок приносит обрывок песни из репродуктора: «В парке Чаир расцветает миндаль…». Первый осенний листочек виртуозно ложится на столик прямо в лужицу. Он всегда ищет там, где грустно. Нашёл! Казань 70-х Подумать только, я помню, когда самым ультрасовременным зданием в Казани (даже имелся Bar под крышей!) была гостиница «Татарстан», а потом горожане восторгались Домом актёра на Щапова, ведь его построили из стекла и бетона! В те годы на заборах появлялись тетрадные листочки с детскими угрозами и подписью «Фантомас», а у калитки в музей Ленина был установлен большой экран со светомузыкой, на котором крутили любимую Ильичом «Лунную сонату». Ещё запомнилось, как мои одноклассники специально ездили в новенькие девятиэтажки на остановке «Дом обуви», чтобы покататься на лифтах.…
Прочитано: 4371 раз
Журнал "Казань", № 9, 2012 Пожалуй, в жизни каждого сочинителя бывают моменты, когда стихи уступают место прозе. Так случилось и со мной:в последние годы стихи почти не писались, ведь было много других, очень важных дел. С головой уйдя в изучение дедушкиных архивов, я и сама углубилась в прозаические опыты. Со многими из них читатели имели возможность познакомиться на страницах журнала. И вдруг однажды — нынешней весной, в апреле, когда оставалось несколько дней до вечера в Большом концертном зале, посвящённого столетию со дня рождения Абдурахмана Абсалямова, и нужно было решать множество организационных вопросов, я бежала по улице Кремлёвской — из пункта А в пункт Б, и вдруг остановилась и поняла, что в голове снова возникли они, стихотворные строчки. Это было так радостно, так неожиданно — и в то же время так своевременно, что сразу стало понятно — он снова наступил, этот прекрасный, волнительный и долгожданный, период стихов. И остаётся только подчиниться, и довериться ему — а место для прозы обязательно найдётся тоже.   Слова То хватаешь весы и пытаешься взвешивать фразы, То берёшь решето и решаешь просеять слова. То вот думаешь — выбросить, выбросить все их и сразу! То вдруг машешь рукой, и — летите, мол, из рукава. Отправляйтесь в далёкое…
Прочитано: 3641 раз
Журнал "Казань", № 8, 2012  Б. Окуджаве Муза, скажи нам о том многоопытном муже, который. Гомер. Одиссея. Пока он пел, оно кружилось в португальском танце, сверкающее, сизоносое, с платиновыми зубами, всё в фирме. Оно — в индийском головном уборе, в джинсах «Леви Страус» и куртке «Ли» выкаблучивало, заливисто свистя и прищёлкивая, словно говоря блестящими дерьмоступами «Каратега» и шумным своим стеклярусным хвостом, заветную фразу: «Фирму ложать — себя не уважать». Эдик пел с восторгом: Однажды отварили макароны. Артельщик к ним подливку сообразил, Кричали галки и вороны, Вечер был совсем зелёный, Ели мы, пока хватало сил. В другой раз залепили кашу с маслом, Артельщик к ней биточки сообразил, Меняли румбы мы и галсы, Ветер в хавальник бросался, Ели мы, пока хватало сил. А в третий раз заделали мы клёцки. Артельщик ложки к ним сообразил. День был прямо идиотский, А мороз какой-то скотский. Ели мы, пока хватало сил. Даже странно... Гитара взяла последний жалкий аккорд, и наступила тишина. Молодёжь, собравшаяся на конкурс самодеятельной песни в кафе «Романтики», с недоумением созерцала новоявленного менестреля Эдика Евсеева. Что же это за песня такая странная — макароны, клёцки, каша с маслом? Где костёр, нехоженые тропы, где попутный ветерок? Эдик отбросил со лба длинные прямые пряди и одарил аудиторию широкой,…
Прочитано: 3488 раз
Журнал "Казань", № 8, 2012 Рукопись рассказа «Одно сплошное Карузо» была обнаружена в американском архиве Василия Аксёнова, который принадлежит вдове писателя Майе Афанасьевне Аксёновой-Овчинниковой. Сюжет рассказа совпадает с сюжетом сценария для кинокомедии «Бурная жизнь на юге», который не был воплощён на экране, но, так же как и рассказ, сохранился в архиве писателя. В рассказе присутствует часть шуточных стихотворных текстов из сценария: «Однажды отварили макароны…», «Однажды шёл я по паркету…», «Однажды в незапамятные годы…», «Я заходил на эту улицу…». Последний текст приведён в рассказе не полностью, в сценарии он выглядит так: Я заходил на эту улицу В роскошный дом. Мы ели жареную курочку Всегда вдвоём. Замечательный шашлык, замечательный. Срок давно уже истёк испытательный. Четыре чашки чаю с пряником Я залпом пил, Я мыл лицо под вашим крантиком И воду пил. Замечательный шашлык, замечательный. Срок давно уже истёк испытательный. В далёких маленьких республиках Я пил нарзан И, вспоминая ваши булочки, Выл, как Тарзан. Замечательный шашлык, замечательный. Срок давно уже истёк испытательный. Мне рассказал про вас в Италии Один дельфин. Я вспомнил вас и вашу тумбочку, Разбил графин. Замечательный шашлык, замечательный. Срок давно уже истёк испытательный. Позднее удалось выяснить, что рассказ однажды был опубликован в совершенно недоступном для сегодняшнего читателя журнала «Казань» эмигрантском…
Прочитано: 2977 раз
 Журнал "Казань", № 4, 2012 1 плывает жертва троллейбуса — алкаш с переломом таза. Внутри пропитого организма — угрожательные голоса невидимок, а иллюзорные крысы покусывают грязные пятки, только и свободные от гипса. Храп. Постанывания… … Ночь длинна. Снотворное не действует. Не скоро начнёт размываться чернота в высоченных окнах, не скоро забрезжит за двухметровыми почти крепостными стенами Плетенеевской больницы, не скоро обрисуется сеть ветвей старинного вяза под окном, такого знакомого… Настигла Плетенеевка Семёна Кузьмича… Много-много знает о ней Маланин. Он спит и не спит… Вспоминается… 2 Если у десяти прохожих спросить, как пройти к седьмой городской ордена «Знак Почёта» клинической больнице имени заслуженного деятеля науки РСФСР и какой-то АССР профессора Околиченского, то девять не поймут вопроса. Но все десять охотно объяснят, как пройти к Плетенеевской больнице (Плетенеевке тож). Более того, прилегающая к больнице овражистая роща — тоже Плетенеевская, а не роща Урицкого. А ведь была раньше на единственном во всей Плетенеевской роще доме белая табличка «Р. Урицкого № 1». Теперь этого дома нет, а в нём вырос Сёма Маланин, в нём жили старый доктор Шрайбер, сторож Плетенеевки Илья Воробьёв и другие люди. И рынок поблизости не Колхозный № 2, а тоже Плетенеевский. Такова инерция народной топонимики, не всегда совпадающая с казёнными…
Прочитано: 5979 раз
Журнал "Казань", № 4, 2012 ОЧЕНЬ КАЗАНСКАЯ ПОВЕСТЬ НА ВСЕОБЩУЮ ТЕМУ Редакция рада, что наши читатели, наконец, встретятся на страницах журнала с написанной тридцать лет назад замечательной казанской повестью врача Юрия Забусова. Она сложная, многослойная, как события в ней, как наш город и время, в котором жили герои. Повесть не случайно названа «Сказки», а имена её героев зашифрованы. Ведь в каждой сказке есть доля сказки, а остальное «ложь» и «намёк», но в сумме — порою весёлая, а порою грустная и неотвратимая правда. Сказка — всегда обобщение. Но, читая повесть Юрия Забусова, важно быть немножечко казанцем, чтобы следом за автором пройти по нашему городу путь в десятки непростых лет и не затеряться. Много лет назад меня потрясли пронзительные слова Ивана Бунина из «Жизни Арсеньева»: «Вещи и дела, аще не написанiи бываютъ, тмою покрываются и гробу безпамятства предаются, написавшiи же яко одушевленiи…». Многажды я убеждался в их справедливости: люди уходят, с ними уходят и гробу беспамятства предаются миры… Распадаются старые связи: К тем — не надо, к этим нельзя. Тот — из князя скатился в грязи, Тот из грязи вылез в князья. Тот — давно не выходит из дому, Те — покинули этот свет. Поредела толпа знакомых: Те — далече, а этих…
Прочитано: 4950 раз

© 2011 - 2017. Казань журнал . Все права защищены.
© ТАТМЕДИА. Все материалы, размещенные на сайте, защищены законом.
Перепечатка, воспроизведение и распространение в любом объеме информации,
размещенной на сайте , возможна только с письменного согласия редакций СМИ.
Создано при поддержке Республиканского агентства по печати и массовым коммуникациям РТ. 

© ТАТМЕДИА. Все материалы, размещенные на сайте, защищены законом.Перепечатка, воспроизведение и распространение в любом объеме информации, размещенной на сайте , возможна только с письменного согласия редакций СМИ.