Курсы валют: « »

Свежий номер

Анонс № 12, 2018

Анонс № 12, 2018

Написано 10.12.2018 10:44

Татмедиа
События
ИА Татар-информ
10.01.2018 14:55

Жизнь в розовом цвете

Оценить
(3 голоса)

 

Журнал «Казань», № 1, 2018

Самый лучший подарок на юбилей для сослуживцев Константина — картины его отца.

Валерий Александрович Кирягин свои картины не продаёт — дарит.

 

Он родился в 1946 году.

В пять лет с тяжёлой болезнью оказался в больнице. Когда стал выздоравливать, увидел новогодний подарок в красивом пакете. На нём были Дед Мороз, Снегурочка, зайцы, медведи.

И мальчику захотелось их всех нарисовать. Но не было карандаша. Не было и ножниц, чтобы вырезать такие же фигурки.

Он нашёл старую грубую бумагу и стал из неё руками вырывать профили сказочных новогодних персонажей.

Мальчик хотел стать художником.

Ему повезло. С пятого класса в их 24-й школе рисование преподавал Соломон Михайлович Гельман, талантливый педагог. Он работал в художественном училище и учил школьников по сокращённой программе училища. Как вспоминает Валерий Александрович, учитель многое дал ученикам в плане развития и овладения художественными навыками.

В старших классах Валерий на уроках рисовал учителей. Рисунок шёл по рукам, потом преподносился преподавателю. Над портретами хохотали в учительской.

И все считали, что Валерий должен получить соответствующее образование и стать художником.

Как-то, уже окончив школу, он зашёл туда и встретил завуча.

Та очень удивилась, что Кирягин в Казани, а не в Москве или Ленинграде.

Валерий ответил, что пришёл к выводу: профессия художника не нужна обществу, не нужна никому. Инженер для общества — важнее.

Завуч очень рассердилась.

Валерий не сказал, что на кисти, краски, холсты и проживание в другом городе надо много денег. А у него мать получала семьдесят рублей.

И он поступил в химико-технологический, но его не окончил.

Работал конструктором по нестандартному оборудованию в ряде НИИ и на заводах.

Психологи считают, что если человек к чему-то стремится, хочет что-то сделать, то, несмотря на мешающие ему обстоятельства, он всё равно это осуществит — хоть через десять, хоть через двадцать лет.

Кирягин стал писать картины.

У него было четыре выставки.

Первая — в 1984 году. В клубе имени Калинина завода Точмаш, где он тогда работал, проходила городская партийная конференция. Ему предложили выставить свои картины. А у художника не было рам. Завод обещал помочь и дал грубые заготовки. Художник сам их пилил и сколачивал рамы гвоздями.

После завершения выставки Кирягин пришёл в партком: ему обещали машину, чтобы увезти картины. В парткоме поинтересовались, а зачем он этим занимается. Художник ответил, что он так отдыхает.

И один из членов парткома сказал, что он этого не понимает. А понимает человека, который пьёт и так отдыхает. И чувствует, что живёт при коммунизме.

Вторая выставка состоялась в 1987 году в Выставочном зале Союза художников. Профессиональные художники его не заметили и к его работам не отнеслись ни-как.

Третья выставка — в 1988 году в Минместпроме (Кирягин работал уже там).Выставлялся вместе с ещё одним художником. Зрители тепло отзывались о живописи Валерия Александровича.

Четвёртой выставкой в 2011 году в галерее «A la prima» Валерий Александрович недоволен. В коммерческом зале его работы смешались с чужими, которые были выставлены на продажу.

  • Тест
  •  

Он пишет пейзажи, натюрморты, жанровые сцены.

Ему близок Кустодиев.

На его полотнах — старая Казань его детства: улицы Федосеевская, Олькеницкого, Касаткина, Чёрное озеро.

Многих домов уже нет, но он их хорошо помнит. Как помнит и все комнаты в коммуналках, в которых семья жила с 1949 года после переезда в Казань из Аракчино.

Комнату на Тельмана, где жили две разных семьи. Потом семьи разъехались — опять же в комнаты: семья Валерия — на восемь метров без окна, другая семья — на восемь метров с окном.

Комнату на Олькеницкого. На девяти метрах — семья из пяти человек с двумя бабушками и пьющим отчимом. Одна бабушка спала на сундуке, другая — под столом. Отчим пришёл с фронта и пил, хотя до войны капли в рот не брал. Пропивал вещи, одежду, ордена. Так прожили восемь лет.

Потом была тринадцатиметровая комната на Касаткина. Уже без отчима. Там жили двадцать лет. Вход в комнату — прямо с улицы. Утром Валерий ставил умывальник на керосинку, чтобы растопить лёд. Туалет во дворе — один на два дома. Приходилось долго стоять в очереди.

В таких условиях жило большинство советских людей.

Только в 1978 году дом определили к сносу. И жильцов стали переселять в квартиры. Семья переехала в двухкомнатную квартиру на улице Татарстан.

Валерий Александрович пишет старую Казань. И она у него — праздничная.

Вот женщины с вёдрами идут от колодца по розовому снегу.

Зимнее Чёрное озеро тоже розовое: от ярких фонарей, костюмов конькобежцев, нарядов дам по моде 50-х и 60-х годов. Некоторые дамы — с собачками.

Дети на карусели. А в небе — фейерверк.

Дети на санках.

Молодёжь на «каталках» — огромных самодельных санях из гнутых труб. Наверх эти каталки затаскивали человек десять, а вниз с горы мчалось человек двадцать, сбивая на своём пути тех, кто не успел отскочить.

И даже пьяницы на его картинах — розовые, радостные, оптимистичные.

— Это наш местный «Бар в «Фоли-Бержер»,— смеётся Валерий Александрович, показывая картину.— Это — советский  «Завтрак на траве». А это — профсоюзное собрание бабочек.

В зимнем лесу заснеженный куст плотно усеян разноцветными бабочками.

Откуда же зимой бабочки?

Художник уверяет, что видел их.

Как-то писал он этюд в Васильево. К нему подошёл человек, назвался художником и стал критиковать: и деревья не такие, и цвета не те.

Валерий Александрович посмотрел работу критика и удивился: вместо воды, в которой отражались деревья, тот написал асфальт.

Валерий Александрович не выдержал:

— Что же вы пишете асфальт вместо воды? Вот человек подходит к картине. Он устал от работы, от проблем. Он смотрит на картину и хочет видеть красоту. А вы ему — асфальт.

У него самого даже «Ноктюрн» — «оптимистический».

Живопись Кирягина — праздничная. В ней преобладает розовый цвет.

И если у заиндевевшего окна на заснеженных ветках — снегири и снег белый, всё равно картина — розовая из-за грудок снегирей.

Откуда в его картинах столько оптимизма?

Художник смеётся:

— Пусть хоть в картинах будет оптимизм. А вообще всё наше поколение — оптимисты. Мы жили по-другому: общались, были ближе к природе. А сейчас все живут, уткнувшись в свои компьютеры и телефоны. И у нас была надежда на что-то лучшее.

…Эдит Пиаф пела: «…Я вижу жизнь в розовом цвете».

Мне кажется, что и Валерий Александрович Кирягин видит жизнь в розовом цвете.

Может быть, красота всё-таки спасёт мир?

Сальтина Марина Генриховна — член Союза писателей России.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

© 2011 - 2018. Казань журнал . Все права защищены.
© ТАТМЕДИА. Все материалы, размещенные на сайте, защищены законом.
Перепечатка, воспроизведение и распространение в любом объеме информации,
размещенной на сайте , возможна только с письменного согласия редакций СМИ.
Создано при поддержке Республиканского агентства по печати и массовым коммуникациям РТ. 

© ТАТМЕДИА. Все материалы, размещенные на сайте, защищены законом.Перепечатка, воспроизведение и распространение в любом объеме информации, размещенной на сайте , возможна только с письменного согласия редакций СМИ.

Наименование СМИ: Казан - Казань
№ свидетельства о регистрации СМИ, дата: Эл № ФС77-67916 от 06.12.2016 г.

выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи,
информационных технологий и массовых коммуникаций