+6°C
USD 58,17 ₽
Реклама
Архив новостей

Проводник в мир культуры

«Все профессии нужны, все профессии важны…» Мы хотим познакомить вас с Гелюсёй Закировой, которая всю свою сознательную жизнь стремится, чтобы незрячие люди наравне с остальными могли получать удовольствие не только от чтения книг, но и от просмотра спектаклей, кино, выставок. Сделать искусство чуть ближе и доступнее.

 

— У вас уникальная профессия — тифлокомментатор. Что скрывается за этим сложным названием?
 
— Тифлокомментирование — это лаконичное описание предмета или действия, которое непонятно незрячему человеку без специальных пояснений. Тифлокомментирование применяется не только в театрах, но и в других сферах нашей культурной жизни: в кино, цирках, музеях, на выставках и экскурсиях. На самом деле оно необходимо и в повседневной жизни незрячего человека. Каждый человек, работающий с незрячими людьми, является немножко тифлокомментатором, ведь ему всё равно приходится описывать происходящее. Но для того чтобы это делать системно и правильно, конечно, нужно пройти специальное ­обучение.

— Насколько это редкая профессия для России и для Казани в частности?

— Это ещё совсем новая профессия. В наши культуру и обиход в целом тифлокомментирование вошло в 2000-е годы, а в России широко распространяться начало в 2011–2013 годах. К сожалению, тифлокомментатор пока не значится в списке профессий. Очень много для развития тифлокомментирования сделано благодаря помощи программы «Особый взгляд» при Фонде «Искусство, наука и спорт». Первым театром, внедрившим тифлокомментирование, был Московский губернский театр, в котором на данный момент такие спектакли идут практически на постоянной основе.

— Где в России можно пройти обучение на тифлокомментатора?

— В Татарстане тифлокомментирование появилось в театрах в 2018 году, после того, как мы прошли обучение в Московском институте РЕАКОМП. До этого тифлокомментаторов в России было не очень много, человек 10, и в большинстве случаев они работали в Москве. Я попала в первый поток обучающихся из регионов, нас было 19 человек. Обучение проходило за счёт выигранного гранта. Наша группа состояла из сотрудников специальных библиотек, и мы обучались по упрощённой программе, потому что уже имели опыт работы с незрячими.

— Раньше ничего подобного у нас в городе не было?

— До этого у нас была практика с кинотеатром «Мир», мы показывали фильмы с тифлокомментариями и субтитрами для незрячих и людей с проблемами слуха. Этот инклюзивный проект назывался «Доступное кино» и также проходил и в ДК Ленина. Раньше подобные комментарии делались только на русском языке, и у меня появилось желание сделать такой контент и на татарском. Закончив обучение, я отправилась в театры разъяснять, что такое тифлокомментирование. К счастью, театры у нас очень открытые, и мы стали первым регионом, где удалось это всё быстро внедрить.

— В каких казанских театрах можно увидеть и услышать спектакли с тифлокомментариями?

— В Казани я сотрудничаю с четырьмя театрами, работаю на двух языках. На татарском у меня чуть больше спектаклей. Мой первый опыт — это работа в Татарском театре юного зрителя имени Габдуллы Кариева в мае 2018 года. Причём это стало первым опытом тифлокомментирования не на русском, а на татарском языке и для Татарстана, и для России в целом. В сентябре 2018 года я начала работать с Театром Галискара Камала, в 2020 году стал доступен Театр кукол «Экият». В этих трёх театрах мы работаем под эгидой программы «Особый взгляд», работа проходит на грантовой основе. С 2019 года у нас идёт совместная работа с благотворительным фондом «День добрых дел» в Казанском ТЮЗе, этот проект называется «Театр без границ».

— Правильно ли я понимаю, что на данный момент не для всех спектаклей в этих театрах созданы тифлокомментарии?

— Да, не все спектакли идут с тифлокомментированием, так как это сложно организовать. В рамках одного грантового проекта в год мы адаптируем и создаём тифлокомментарии для двух-трёх спектаклей в каждом театре. За эти четыре с небольшим года адаптировано и доступно для просмотра незрячими около 20 спектаклей. Это спектакли на любой возраст и вкус, среди них есть и комедии, и драмы.

— Насколько востребована эта профессия? Нужны ли ещё специалисты?

— Это трудоёмкая творческая работа, но мне она очень нравится. Моё основное место работы — это библиотека для слепых. Сперва я думала, что мы внедрим тифлокомментирование в Татарстане, и в дальнейшем я не буду этим заниматься. Но по истечении четырёх лет мне по-прежнему нравится эта работа, к тому же пока я особо не вижу желающих подхватить это начинание, чтобы оно получило широкое распространение у нас, в Татарстане. 

— Насколько сложно сделать «просмотр» спектакля доступным для незрячих? Как происходит процесс?

— В театре процесс идёт по принципу прослушивания перевода. Тифлокомментатору организуют рабочее место, с которого непременно должно быть хорошо видно сцену. Либо это рубка, либо специальная кабинка, где есть монитор, на котором видно трансляцию спектакля в режиме реального времени. Незрячие при входе в зал получают наушники. Если переводчик переводит, то тифлокомментатор описывает визуальную картинку — то, что происходит на сцене. Но есть определённые правила, по которым это делается. Комментарий подаётся только в момент, когда актёры молчат, между реп­ликами. Ни в коем случае нельзя перекрывать сам спектакль, ведь в нашем случае спектакль — это самое важное. Нельзя перекрывать значимые шумы, музыку. Так как реплик много, а пауз мало, то всё, что происходит на сцене, невозможно описать. Поэтому тифлокомментатору необходимо провести предварительную работу: я прихожу заранее и вживую просматриваю спектакль, затем запрашиваю видеоверсию и сценарий. Просматриваю видеоверсию, выделяю основные, важные для сюжета моменты. Затем поминутно начинаю их описывать. Для того чтобы написать комментирование 2-3 минут действия спектакля, иногда уходит около часа времени — приходится перематывать несколько раз. После написания всех тифлокомментариев, редактирую полученный текст. На подготовку одного спектакля уходит около месяца. Также я консультируюсь с незрячими, как лучше подать тот или иной момент. А потом случается тифлопремьера! Но даже если сама шпаргалочка в виде комментариев написана, спектакль — это всегда живой процесс, актёры импровизируют, и нередко бывает, что надо изменять комментарии тоже, подстраиваясь под то, что происходит на сцене. 

— Возникают ли сложности при подготовке комментариев уже непосредственно во время тифлокомментирования в театре, и как вы их преодолеваете?

— Подача спектаклей разная, сейчас есть и неклассические спектакли, когда режиссёр преподносит всё образно, использует много символизма. Поэтому если есть возможность, я консультируюсь либо с режиссёром, либо с актёрами. Тифлокомментатор погружается в тему, чтобы написать корректный комментарий, и проделывает огромную работу с текстом, причём подходит к этому зачастую творчески, думая, какое именно слово будет лучше применимо. Во время спектакля нужна большая сосредоточенность, чтобы не пропустить важные моменты, и откомментировать их для незрячих. Важно, чтобы они со всеми вместе эмоционально реагировали на спектакль, здесь и сейчас, чтобы смеялись и грустили тогда же, ко­гда и зрячие, а не после. 

— Какими качествами должен обладать тифлокомментатор? 

— Для этой работы не все подходят. Нас отбирали при помощи специальных тестов. Нужно иметь хорошую дикцию, правильную речь без дефектов, внимательность, работоспособность; важны быстрота реакции, знание особенностей восприятия незрячих и готовность самого человека работать с незрячими. Среди тех, кто обучался со мной, чуть меньше половины стали практикующими тифлокомментаторами.
Мне интересны и сам театр, и эта тема. Поэтому хочется развивать сейчас и не бросать на полпути, хоть иногда это и трудно. Работаю после основной работы — спектакли идут в вечернее время и в выходные. Но когда я вижу эмоции и благодарность наших зрителей, то забываю обо всех трудностях, хочется развиваться и продолжать свою деятельность. 

— Получали ли вы отзыв о своей работе от тех, кто смог увидеть спектакль благодаря вашим комментариям?

— После каждого спектакля я стараюсь собрать обратную связь, это очень важно, чтобы совершенствовать тифлокомментарии. Особенно меня интересуют критические моменты. Всем понравиться невозможно, это естественно. Равно как и сам спектакль может понравиться не каждому. В основном незрячие благодарны. Бывает, они подмечают какие-то моменты, говорят, что что-то не поняли, упустили, переспрашивают.

— К вам на спектакли приходят каждый раз новые зрители, или среди незрячих тоже есть свои театралы?

— За несколько лет существования подобных показов у нас появились и постоянные зрители. Например, подопечная Дмитрия Андреевича Бикчентаева Диляра Залялиева из ансамбля «НеЗаМи» (мы писали о ней в майском номере. — Ред.) при возможности с удовольствием ходит на все спектакли и даёт обратную связь. Конечно, не все готовы выразить своё мнение. Есть зрители, которые приходят разово. Бывают целые организованные группы, которые приезжают из районов. Если в Казани для людей с ограниченными возможностями сейчас проходит достаточно много мероприятий, то в районах с этим сложновато. К примеру, в Балтасинском, ­Арском районах лидеры местных организаций Всероссийского общества слепых организуют культурный досуг, нанимают машины и организованно приезжают к нам на спектакли. Для них это целое событие — выехать в Казань. Через наши глаза они видят этот яркий театральный мир. Мы являемся в некотором роде проводниками в мир культуры, в мир театра. 
Порой на детские спектакли просятся и взрослые, я не отказываю, ведь у них в детстве не было такой возможности. Для незрячего и сопровождающего предоставляем билеты бесплатно благодаря программе «Особый взгляд» (мы заранее закладываем в неё стоимость билетов). Обычно это 20 билетов. В год проходит по несколько показов. В принципе этого достаточно. За это время желающие у нас просматривают эти спектакли. Некоторые постановки идут по нескольку лет. В каждом театре, с которым мы сотрудничаем, на данный момент есть 6-7 спектаклей, доступных для незрячих. 

— Есть ли какие-то особенности в показах детских спектак­лей?

— Для детской аудитории после спектакля мы устраиваем экскурсии на сцену, где знакомимся с реквизитом, общаемся с актёрами. В Театре «Экият» незрячим детишкам разрешают потрогать куклы, костюмы. Тактильная составляющая очень важна, это ещё больше обогащает и расширяет представление и очень нравится детям. А теперь и актёрам! Если при первых встречах актёры были зажаты, то теперь всё иначе — инклюзия обогащает. Незрячие очень любознательные, задают во-
п­росы, делают фотографии, чтобы показать родственникам.

— Вы работаете в Республиканской специальной библиотеке для слепых и слабовидящих. Расскажите немного о своей работе. 

— Я закончила Казанский государственный институт культуры. Библиотека — это моё первое место работы и единственная запись в трудовой книжке. Я устроилась сюда в 2001 году и вот уже более 20 лет работаю здесь. Сначала — в филиале простым библио­текарем, потом стала методистом. Сейчас я — заведующая организационно-методической деятельностью нашей библиотеки. Помимо своих основных обязанностей я занимаюсь проектами, которые помогают незрячим получить доступ к разным слоям культуры: архитектуре при помощи тактильных проектов, театральному искусству. В библиотеке в год мы обслуживаем около 4000 незрячих. Они приходят к нам не только за книгами, но и с удовольствием посещают наши мероприятия. Мне всегда хочется найти что-то новое, чтобы незрячие люди имели возможность как можно более широко культурно реабилитироваться. 
Мы — республиканская библио­тека, у нас 6 филиалов в Татарстане. Работаем по межбиблиотечному абонементу либо организуем ­заочное обслуживание, отправляем книги по почте. У нас есть книги разных форматов: и Брайль, и аудиокниги, и укрупнённый шрифт для слабовидящих, и различные рельефно-графические пособия с рельефными рисунками — формат для слепых.

— Много ли посетителей у вас летом?

— Летом наших основных читателей становится чуть меньше, среди них много дачников-садоводов, кто-то отдыхает в санаториях. И количество мероприятий чуть сокращается. Но за книжками, конечно, приходят. У нас есть и интернет-библиотека, услугами которой они с удовольствием пользуются и получают книги на свои электронные устройства. Летом к нам чаще приходят незрячие из других ре­гионов. Сейчас большими темпами развивается инватуризм, и незрячие активно путешествуют и обращаются в библиотеки. Мы их консультируем: что в Казани можно адаптированно посетить туристу, где есть тактильные модели, программы. Помогаем построить туристические маршруты. У нас есть тактильная экспозиция‑коллекция наших архитектурных памятников — 15 объектов. Также стараемся проводить мероприятия на свежем воздухе. Летом к нам приходят незрячие дети с родителями за учебниками и книгами для внеклассного чтения.

— Как реагируют окружающие, когда видят незрячих туристов или театралов?

— К сожалению, общество по‑прежнему очень мало знает о незрячих. Люди до сих пор задают вопрос: «А что, незрячие ещё и читают?» Когда они видят незрячих путешественников, удивляются: «А зачем они едут на эту экскурсию, они же ничего не увидят?» Поэтому непременно необходимо рассказывать о жизни незрячих людей и делать её максимально комфортной. 

Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


Нравится
Поделиться:
Комментарии (0)
Осталось символов: