-12°C
USD 69,33 ₽
Архив новостей

Течение – это жизнь

(Отрывок из повести для детей 
«Тайны казанского двора»)

Суан не спала. Перспектива переселиться в зоопарк сначала её обрадовала, но потом, хорошенько подумав, Су иясе засомневалась, что это — хорошая идея. Нет, может быть, аккуратное тихое озеро с зелёными цветущими берегами, с утками и рыбами оказалось бы лучшим домом, чем эта река. Но…
Суан вздохнула, достала свой золотой гребень, припрятанный в прибрежном тальнике, и принялась методично и тщательно расчёсывать волосы. Это её успокаивало. Хорошо ещё, осталось место, где можно посидеть на нормальном берегу, покрытом травой, хоть и заболоченном. Старушка вздохнула. А чуть ниже по течению люди ходят по бетонной набережной. А ещё, построили громадный мост, по которому и день, и ночь ездят машины…
Раньше Суан спала под мостами — привычка, оставшаяся с древних времён, с тех, когда первые люди пришли на эту реку. Первые мосты были маленькими и уютными. Их строили из дерева и всё время обновляли, ведь дерево — материал недолговечный. Тогда Суан была молода и ревностно следила за своими владениями. Слишком жадных рыбаков заманивала на глубину: речка сладко журчала, обещая богатую добычу, а потом резко переворачивала лодку и тащила вниз по течению. Так улов возвращался в реку, а незадачливый рыбак, чертыхаясь, с трудом выбирался на берег. Или не выбирался…
Сейчас под мостом не поспишь, слишком шумно, грязно и, бывает, приходится делить соседство с разными бродягами. И вот что интересно: они совсем не обращают на Суан внимания. В древние-то времена, достанешь золотой гребень, сядешь у воды, начнёшь волосы расчёсывать, так если кто из людей случайно увидит, то смотрит и не может глаз оторвать. И жадностью наполняется. Конечно, кому же не хочется владеть такой драгоценностью?.. Суан нежно погладила большой, потускневший от времени, но всё ещё очень красивый золотой гребень.
А было дело, один мальчуган его даже сумел украсть. Украл и в деревню убежал. Наивный. Суан свой гребень почует, даже если его за море увезут. А уж в соседней-то деревне и подавно. И вот пошла она в ту деревню, гребень свой назад вернуть, да заодно наказать сорванца… 
Ей Худжа потом рассказывал, что спустя какое-то время великий татарский поэт Габдулла Тукай даже написал об этом случае сказку. И с Худжой, кстати, Суан тогда встретилась. И с Абзаром познакомилась. Говорят, в сказке про это ничего нет, а жаль. 
Суан расчёсывалась и расчёсывалась, и воспоминания её текли, как течёт река. А дело было так. 
Опускались вечерние сумерки, любимое время таких существ, как Суан. Она обошла дозором свои владения, убедилась, что всё в порядке, и села на берегу, чтобы заняться любимым делом — расчёсывать свои длинные волосы цвета морской волны. Су иясе была тогда намного моложе и красивее, кстати. И, возможно, добрее…
Ну, в общем, сидит она на мостках, думает о чём-то своём, мечтает и вдруг видит — вода прямо у берега мутная какая-то! Это кто же так намутил всё, поднял со дна столько ила? Соскользнула Суан в реку, развела руками, стала вода снова чистой, прозрачной, а ил снова на дно улёгся. Посмотрела Суан: и её любимые кувшинки кто‑то с корнем выдрал! Лежат они, брошенные чуть дальше на берегу, закрыли свои жёлтые бутоны, безжизненные круглые стебли вытянулись, как старые верёвки. Расстроилась Суан, но что делать… Мёртвые цветы уже не оживить… Вернулась на мостки грустная. Глядь, а гребень её золотой куда-то делся. Оглянулась вокруг и видит: гадкий деревенский мальчишка, маленький вор, схватил её драгоценность и убегает, только пятки сверкают! Не помня себя от гнева, бросилась Суан в погоню. В воде-то она очень быстрая, быстрее любой рыбки, а на суше ей трудно было догнать негодника. 
— Стой! — кричит она ему, задыхаясь. — Верни мой гребень! Если вернёшь, прощу тебе воровство.
А тот не отзывается, только ещё быстрее убегает. Вот уже и деревня рядом, вот и первые дворы. Забежал мальчишка на деревенскую улицу. Суан за ним рванулась, да куда там! Накинулись на неё деревенские собаки, лают, рычат! 
Остановилась тогда Суан, отступила назад и сказала громко:
— Ну, пусть попробует теперь хоть один житель этой деревни явиться на реку — за водой ли, за рыбой, бельё ли стирать — всех на дно утащу, все станут моей добычей. Ответят за воровство!
— Эй, сестрёнка! — услышала она вдруг тихий голос. Лай сразу же смолк, и собаки разбрелись кто куда. — Что случилось? За что ты грозишь жителям деревни такой страшной карой?
— Какая я тебе сестрёнка?! Кто ты и где, и какое тебе дело?!
— Меня зовут Абзар, — поклонился ей крепкий мужичок малюсенького роста, как оказалось, стоявший в тени ближайшего забора. Несмотря на то, что на улице лето, он был одет в овечий полушубок. — Ты ведь Су анасы? А я — абзар иясе. Мы с тобою дальние родственники?
Засмеялась Суан.
— Говоришь, родственники, а называешь меня как люди! Разве может у воды быть мать? Ты же вот не Абзар атасы! Некоторые меня и Су бабасы называют. А некоторые думают, что я мальчик, хоть и зовут меня Су иясе. — Суан даже забыла на секунду, что у неё украли главное сокровище её жизни. Так ей хотелось поучить незнакомца.
— Отчего же так?
— Оттого, что я могу появляться в разных обличьях, — гордо объяснила Суан. — Да и фантазируют люди, придумывают невесть что. Меня зовут Суан, я — су иясе. 
— Приятно познакомиться! Так за что ты собираешься наказать целую деревню?
— Здешний мальчик, гадкий воришка, украл моё сокровище — золотой гребень!
— Ай, дорогая, он же ещё только ребёнок! Наверное, думал, что эта вещь ничья, вот и забрал себе.
— Я бежала за ним и кричала: «верни!» Он прекрасно понял, что у гребня есть хозяйка, — грозно сверкая глазами, сказала Суан. — Пусть теперь ответит за это не только он сам, но и вся его семья, и вся деревня!
— Что за шум, о чём это вы спорите? — внезапно прямо перед Суан из ниоткуда возник ещё один бородатый мужичок. 
— А ты ещё кто? — нахмурилась Суан.
— Я? — удивился тот. — Меня зовут Худжа, я Өй иясе. Мы же встречались с тобою, сестрица Суан. 
— И этот в родственники набивается, — проворчала Су иясе. — Когда это мы встречались? Что-то я не припомню…
— Ну как же, всего-то двести лет назад, на свадьбе Шурале! Нас всех пригласил тогда в свой лес Урман. Мы ещё танцевали с тобой! Ну и память у тебя! Правильно люди говорят, мол, девичья память короткая! — усмехнулся Худжа.
— Много воды утекло с тех пор, — Суан сменила гнев на милость. — Как поживаешь, братец?
— Да мы с Абзаром поживаем неплохо, дела свои решаем тихо и мирно. А ты почему так расшумелась здесь, в наших владениях?
Суан в двух словах пересказала остросюжетную историю кражи и погони. 
— Ну, они мне ответят за это! — закончила она свой рассказ угрозой.
— Сестрица! — хором сказали Худжа и Абзар. 
Абзар смолк, а Худжа продолжил:
— Люди часто совершают глупости, ведь они не так давно живут в этом мире, как мы. Давай решим дело добром. Остальные жители деревни ни в чём не виноваты. Малец вернёт тебе гребень, мать накажет его, он больше никогда не будет брать чужого. Обещаю тебе.
— А чего это вы так за людей заступаетесь? — зло сощурила глаза Суан. — Кажется, это я вам родственница, а не они?
— Видишь ли, — начал объяснять Абзар, — мы уже давно с ними живём, помогаем им управляться с хозяйством, и по-своему полюбили их. И ты полюбишь, если узнаешь поближе.
— Ещё чего не хватало! Узнавать их поближе! Обезумели вы что ли? А точно! — поражённая своей мыслью Суан, внимательно оглядела обоих «родственников», — я слышала, что и среди людей есть те, кто обладает магической силой — колдуны! Они вас околдовали! Ну, я им покажу! Все умрут от засухи!
— Успокойся же, Суан, — попросил Худжа, — разве под силу человеку, пусть даже и колдуну, справиться с такими, как мы?.. Да и не видел я ни разу ни одного колдуна!
— Не знаю, не знаю! По справедливости — их надо наказать.
— Мальчика надо наказать, — согласился Абзар, — а остальных за что же?
— Ладно, — сдалась, наконец, Суан, — заберу только мальчика. А то скучно мне одной жить, вот и будет мне прислуживать. Завтра пойду к мельнику, договорюсь с ним, чтобы привёл ко мне воришку. У нас с мельником договор.
— Да как же ты его заберёшь? — заволновался Худжа. — А как же его мать и отец? Неужто поступишь с ними так жестоко?! Ведь нет на свете горя горше, чем потерять своё родное дитя…
— И что вы предлагаете? Спасибо ему сказать что ли? — возмутилась Суан.
— Я проведу тебя прямо к его дому, — предложил Худжа. — Постучишь в окошко, расскажешь обо всём его матери. Она отдаст тебе гребень, и сама накажет сына. А взамен я буду должен тебе. И когда тебе что‑то понадобится от меня, с радостью верну свой долг!
Долг! Ил памяти внезапно осел на дно, старушка Суан словно проснулась, гребень перестал плавно скользить по волосам. Губы её зашевелились. Долг! Давненько это было, совсем позабыла Су иясе про тот долг Өй иясе перед нею… 
Ведь тогда она поддалась уговорам, поступила так, как просил Худжа. И вот теперь, возможно, пришло время попросить его должок-то вернуть!
Суан медленно зашла в серые воды реки и скрылась в них полностью. Она побродит по дну, полежит в гамаке речных течений, подумает… 

В оформлении использована картина Альберта Закирова «Су анасы» 

Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


Нравится
Поделиться:
Комментарии (0)
Осталось символов: