Логотип Казань Журнал

Видео дня

Показать ещё ➜

Социальная реклама

КАЗАНЬ И КАЗАНЦЫ

Солнце, свобода и маленький цветочек

Светлана ЖЕЙМОВА родилась в День театра — 27 марта. По натуре — совсем не актриса. Даже наоборот. Хотя промельк Мельпомены в жизни всё же случился: образование она получила по специальности «художник-бутафор» в Казанском театральном училище и даже успела поработать декоратором в Театре оперы и балета. Но так получилось, что делом жизни стала работа в журнале «Казань» — целых 20 лет, и, между прочим, — треть жизни! Вот и считайте — какой нынче у неё юбилей!

Светлана ЖЕЙМОВА родилась в День театра — 27 марта. По натуре — совсем не актриса. Даже наоборот. Хотя промельк Мельпомены в жизни всё же случился: образование она получила по специальности «художник-бутафор» в Казанском театральном училище и даже успела поработать декоратором в Театре оперы и балета. Но так получилось, что делом жизни стала работа в журнале «Казань» — целых 20 лет, и, между прочим, — треть жизни! Вот и считайте — какой нынче у неё юбилей!
По этому случаю наша героиня решила представить казанцам новую серию живописных работ. А мы расспросили коллегу о роли творчества в её жизни.

***
— Последние годы я перестала придумывать сюжеты. Ценю момент и пишу то, что вижу. Раскрылся цветочек — его и рисуешь. Заглянуло солнце в окно, упало в чашку с чаем — красиво невозможно! Зимой такого света и таких цветов нет. Но приходит весна, солнце становится активным, ярким. А летом, когда садится за горизонт, интересные тени получаются. 
В серии «Картины для маленькой комнаты» звучит цветочная тема во всех временах года. Весна — это верба. Очень люблю вербу! Летом пишу не на воздухе, а заношу букеты в дом, чтобы свет падал из окна. Могу создать необычный яркий фон — в этом ещё проскакивает старая привычка «придумывать». Хочется более ярких, чем в реальности, красок. 

***
— Люблю рисовать простые цветы. Пижму, например, или цикорий. Людям это нравится. Один мальчик купил маленькую картинку с цикорием, которая висела в салоне у подруги, для своей мамы. Это же так трогательно — мальчик покупает картинку с цветами, чтобы подарить маме!
Цикорий распускается утром. Яркий, синий. А к полудню, когда начинает печь, закрывается, становится бледным. Сейчас цветы‑то — попробуй найди. Люди понаставили заборов, а цветы этого не любят. Но они ещё растут по дороге из моего сада до Волги. 
Мой сад для меня — важное место. И там я сажаю в основном только цветы. Их очень любила моя мама, биолог по профессии — она в них разбиралась. Я, в отличие от неё, в своём саду — совсем не пчёлка. Даю растениям свободу. Сажаю самые простые виды. Вот флоксы, например, — цветут всё лето, пахнут. А ты сидишь на террасе — её я специально построила, это был мой «большой проект»! — так вот ты сидишь, любуешься. Дождь стучит. Поит цветочки… 

*** 
— «Человеку для того, чтобы жить, нужны солнце, свобода и маленький цветочек», — сказал Андерсен. Мне свобода и маленький цветочек, видимо, необходимы. Цветы обязательно присутствуют во всех женских образах на картинах. Как в пьесе «Приятная женщина с цветком и окнами на север», героиня которой выгуливала цветок в горшке на солнце. 


Когда у меня были маленькие дочки, много писала каких‑то нереальных романтических героинь, — в шляпах, в шлейфах из «мечт» и фантазий, театральных Коломбин, клоунесс — персонажей из сказки, воображаемой жизни. Наверно, тогда этот «параллельный» мир был необходим душе. Когда у женщины появляются дети, в её жизнь приходит слово «надо». Хотя это — нормальное состояние женщины — растить детей, которых она родила. Но личное пространство приходилось «отодвигать». Попробуй, разложи в комнате, где они играют, краски. Тем более я ещё и маслом тогда писала. Часто работала на кухне, пока дочки спали. В те годы я вела детскую студию, специально брала самых маленьких, которые не спрашивают, как им писать, не боятся смешивать цвета. Так и нужно. Любой художник, который остаётся ребёнком, будет писать интересно. 


Своими детьми я занималась очень много. Чего только мы ни делали — и рисовали, и в театр ходили. Садика в их жизни почти не было. Дома царила свобода. Могли говорить обо всём. За оценки их не ругали. Потом был непростой для меня момент сепарации, когда ты понимаешь, что у дочек уже своя отдельная жизнь. А сейчас мои дочки — мои подруги. И это, я считаю, моё главное достижение.
Многие художники пишут свою семью. Картина, на которой я и мои маленькие дети, появилась совсем недавно. Оказывается — это так интересно… 

*** 
— Спросите о любви? Думаю, любовь возможна в юности. Ко­гда твоя жизнь — как белый холст. В зрелости уже непросто выдернуть человека из его биографии. Зато если встретишь действительно родственную душу — это сразу ощущается. Даже на дистанции. Родство душ тоже подпитывает творческую энергию. Человек в любом случае существо социальное. Помоги нуждающемуся, позаботься о ближнем, приюти животное — и любовь уже есть в твоей жизни.

*** 
— Свободой нужно уметь правильно распорядиться. Это совсем не то же самое, что эгоизм. В какой‑то момент поняла: свобода, которую мы считаем «нашей» — она ведь совсем не наша. Уже в зрелом возрасте я крестилась. В нашей семье, ещё в советские годы, отмечались все религиозные праздники — Вербное воскресенье, Пасха… Так это было красиво — с вербой, крашеными яйцами, куличами. Папа — русский по национальности — знал молитвы. Мама — татарка, из рода Амирханов, — готовила стол с угощениями в дни мусульманских праздников. И всё это приносило тепло и радость. Крещение — это ведь тоже традиция. Мне захотелось стать её частью. Почувствовать себя капелькой чего-то большего и сильного. Повторю — свобода не до конца наша…
Название моей серии — очень уютное: «Картины для маленькой комнаты». Во время карантина приезжала в сад, рисовала по настроению акрилом на картоне. Складывала рисунки в папку. И собралась целая папка моих настроений, которую жаль стало прятать. В дни самоизоляции ходило по сети стихотворение Иосифа Бродского «Не выходи из комнаты, не совершай ошибку…», зазвучавшее тогда по-новому — иронически. Мне же, наоборот, сегодня хочется поделиться тем, что напоминает о простой истине: свобода — внутри каждого из нас. 


Это ощущение стараюсь ловить наедине с природой — зимой во время лыжных прогулок, летом — погружаясь в любимую Волгу. В спортзале, на занятиях ­йогой, которую практикую много лет — важно, чтобы и тело, и мысли, и душа были в гармонии.   

*** 
— Быть художником для меня — не статус и не профессия. Это всегда приятное времяпровождение за мольбертом. Меня спрашивают, почему я не вступила в Союз. Но я не понимаю, что в этом случае для меня изменилось бы. В художественной жизни города я участвую в ином качестве — журнал всегда в эпицентре событий искусства. И это — большой и счастливый отрезок моей жизни, в окружении замечательных коллег. Мне очень важно, что за люди меня окружают. А вот живопись — мой островок свободы. Пусть им остаётся!

Фотографии Гульнары Сагиевой

Галерея

Следите за самым важным и интересным в Telegram-каналеТатмедиа

Нет комментариев