Логотип Казань Журнал

Видео дня

Показать ещё ➜

Социальная реклама

КАЗАНЬ И КАЗАНЦЫ

Валенки. Любовь на всю жизнь

Один из крупнейших в стране специалистов в области валяльно-вой­лочного производства Виктор Михайлович ­ТИМОЩЕНКО начинал свою производственную деятельность в Казани. Именно здесь он узнал всё о технологии изготовления главной национальной обуви — валенок, пройдя путь от бригадира склада сырья до главного инженера Казанского валяльно-войлочного комбината.

Один из крупнейших в стране специалистов в области валяльно-вой­лочного производства Виктор Михайлович ­ТИМОЩЕНКО начинал свою производственную деятельность в Казани. Именно здесь он узнал всё о технологии изготовления главной национальной обуви — валенок, пройдя путь от бригадира склада сырья до главного инженера Казанского валяльно-войлочного комбината. Несмотря на то, что уже сорок лет он живёт в Москве, столицу Татарстана посещает часто и с удовольствием. В один из таких визитов Виктор Михайлович рассказал нам о Казани его молодости — и не только.

Самое начало 
Прежде чем перейти к Казани, начнём с истоков. Я родился в 1947 году в белорусском Несвиже, но вскоре мы с мамой переехали в Унечу, что в Брянской области. Счастливое детство закончилось осенью 1958-го, когда от онкологии умерла моя мама Степанида Евдокимовна. Мне тогда было одиннадцать, а сестрёнке Тамаре — чуть меньше года. Вырастила нас бабушка — Домна Калистратовна (родная сестра нашего деда, ставшая моей второй матерью). Низкий ей за это поклон…
В 1966 году я заканчивал Клинцовский техникум лёгкой промышленности. В то время была правильная — подчёркиваю, правильная! — практика распределения молодых специалистов, и, поскольку у меня были круглые пятёрки, я распределялся первым. Вариантов было множество: и Казахстан, и Беларусь, и Харьков, но меня манила Казань — город, где учился Ленин. Так девятна­дцатилетним парнем я оказался в столице ТАССР. Город в тот период не был таким ухоженным, как сегодня, так что впечатление на меня произвёл сложное! (Улыбается.)\

Виктор Михайлович Тимощенко

С Камилем Исхаковым в юности. Казань. Начало 70-х

Выбор настоящего Овна
Предложили на выбор два места: одно — в Татпотребсоюзе, но там не было общежития, а второе — на Казанском государственном валяльно-войлочном комбинате, где предоставлялось жильё. Это был важный фактор. Любопытный момент: техникум я окончил по специальности «первичная обработка и сортировка шерсти», при этом мой знак зодиака — Овен, и всю свою жизнь я связан с шерстью…
Первые впечатления? Прохожу по территории комбината, сидят два ветерана, и один другому вполголоса: «О, щегол появился, ну, долго не продержится». До сих пор эти слова звучат у меня в голове!
Начал работать с должности бригадира склада сырья — знакомился с технологическим процессом, выяснял, каким образом на предприятие поступает основное сырьё, через какое время проводится инвентаризация шерсти, когда остаются минимальные остатки… Вскоре мне предложили принять этот имущественный комплекс и стать завскладом. Я дал согласие и долго проработал на этом месте. Работа заключалась в том, чтобы принять шерсть, складировать её, хранить и потом отпускать в производство в необходимом ассортименте и количестве.

Новый этап 
и первая забастовка

Параллельно в 1967 году я поступаю на вечернее отделение Казанского государственного университета. В годы учёбы я обрёл настоящих друзей на всю жизнь: Рустема Ахмедовича Каримова, Олега Рауфовича Бадрутдинова, Камиля Шамильевича Исхакова, Наиля Гумеровича Хайруллина и ещё очень многих. Дружим до настоящего времени.
Руководство комбината прочило мне, коли я учусь в университете, работать по техническому направлению в техническом отделе. Однако в это время судьба совершила вираж: на должность директора приехал из посёлка Кукмор Михаил Романович Архипов, чистейший производственник. Позже в беседе со мной он вспоминал: «Первые дни на новой работе, прихожу в выходной день и вижу: кто-то ползает по бунтам шерсти». Бунты — это кипы шерсти, которые уложены красиво, укрыты брезентом от непогоды, а я приехал в выходной и заметил: определённые участки брезента раскрылись, и я тут же стал их закрывать. У Архипова, чистого производственника, сразу же сложилось хорошее обо мне мнение.
Он мыслил правильно: для того чтобы человек состоялся, нужно его обязательно пропустить через производство. Все так называемые «красные директора» прошли этот путь: если это машиностроительное предприятие — то от станка и так далее. Он тоже назначил меня начальником одного из технологических цехов — основального: там, где рождается валенок. 
Это — непростой цех, и время было сложное, постоянные заботы о выполнении плана… Мне удалось за небольшой период времени вывести цех вперёд с достаточно хорошими показателями, и М. Р. Архипов принимает решение перевести меня в следующий, отстающий цех. Когда рабочие об этом узнали, объявили первую, наверно, в Казани забастовку, то есть сели и прекратили работать: «Мы его не отпускаем, верните нам Тимощенко!» Естественно, всё это закончилось обязательными объяснениями, разговорами, работа была продолжена, а меня перевели в цех, который занимался уже готовой продукцией — валенком. Его нужно было почистить и сдать военпредам, а, надо сказать, Казанский комбинат был крупнейшим поставщиком для армии, МВД и КГБ среди всех предприятий Советского Союза. 
В этом цеху был уже другой подход к делу, здесь работали с внешним миром, нужно было подготовить товар, дать ему хорошую характеристику и продать. Каждый валенок, уходивший в армию, обязательно проходил строжайшую приёмку, военный представитель ставил на нём своё личное клеймо.
В этом цехе я работал достаточно долго, а через опреде­лённый период директор назначил меня начальником производства. Тут уже я отвечал за всё — от сырья до готовой продукции, то есть все цеха, которые уходят в производство, стали цехами моего прямого подчинения. В это время предыдущий главный инженер уходит на преподавательскую работу в Казанский техникум лёгкой промышлен­ности, и главным инженером предприятия назначают меня. Здесь уже совершенно другие задачи: не только план, не только новая техника и взаимоотношения со всеми проверяющими структурами, которых было более, чем достаточно, но и качество, и количество, и пожарная безопасность, и множество других аспектов. 

Против шерсти
На этой должности я трудился до 1983 года, а потом сработал человеческий фактор: мне уже тридцать пять, прошёл все ступеньки карьерного роста, член партии, чувствую себя вполне уверенно — и начинают поговаривать, что я мечу на директорское место! Отношения в коллективе становятся натянутыми, и я начинаю задумываться о том, что пора, наверное, каким-то образом менять свою жизнь.
Обращаюсь в наш районный — Приволжский — комитет партии и прошу перевести меня на любое другое предприятие. Это не было реализовано. Тогда обращаюсь в главк в Москву и тоже прошу: мол, хочу с валяльно-войлочного комбината в Казани перейти на другое предприятие. Начальник главка Николай Григорьевич Привалов был мудрейшим человеком, он говорит: «Зачем тебе другое предприятие в Казани, переходи в Москву!» Москва начинает готовить документ о моём переводе, я даю согласие, но пока на предприятии и в целом в партийных органах Казани и респуб­лики никто об этом не знает. И когда уже принимают решение и вопрос нужно согласовать с обкомом партии Татарстана, меня зарубают. 
В этот момент начальник главка, а он был действительно умнейший человек, участник войны, весь израненный, сильный духом, предлагает мне перейти на фабрику технического войлока рядом с Павелецким вокзалом в Москве. Я даю согласие, и начинают оформлять документы, не ставя в известность партийные органы Татарстана. Когда вопрос уже практически всюду решён, и объявляют о необходимости согласования в Казани, меня вызывают в обком, где в совершенно грубой форме отчитывают: мол, проигнорировал, не проинформировал и так далее. Отвечаю, что уже была такая попытка, ничего не вышло, а мне зав. отделом Данилевская: «Если найдёте лучше себя человека, тогда мы, может быть, посмотрим». К тому времени у нас сложилась крепкая дружба с Юрием Амировым, большим другом которого был Наиль Гумерович Хайруллин. В это время он работал главным инженером Татснаба, мы дружили семьями. Предлагаю Наилю: «Пойдёшь на мою должность?» После определённого раздумья он даёт согласие. И, наконец, после всех утверждений я переезжаю в Москву…
Возвращаясь назад, расскажу о том, что именно в Казани я познакомился со своей будущей женой Галиной Николаевной. Она по специальности строитель, закончила КИСИ, работала в строительном тресте. Именно от её треста нам выделили квартиру на улице Братьев Касимовых, там родились наши дети, их у нас трое — старшая дочь Юля и два сына — Саша и Женя. 

Московская сага
В декабре 1983 года я приступаю к должности генерального директора Московского производственного валяльно-вой­лочного объединения, в которое входят четыре предприятия, три из которых находятся в Москве и одно — в Дмитровском районе. Перевод был подкреплён тем, что это предприятие несколько лет не выполняло план, а в Москве не выполнять план нельзя! Это — всё, кому-то оторвут голову! Меня приглашают на прорыв, и уже в течение первого квартала 1984 года мы завоёвываем третье место в социалистическом соревновании — и пошёл, пошёл, пошёл… В Москве я становлюсь и общественным деятелем: был членом исполкома, потом райкома партии, потом членом бюро райкома партии Москворецкого района…  Это район, в котором получал свой партийный билет Владимир Ильич Ленин, поэтому характерно, что, когда шли колонны демонстраций, Москворецкий район всегда шёл первым, справа к трибунам. Долгие годы был председателем Совета директоров района, а ведь после перестройки Южного административного округа г. Москвы (это уже более 180 предприятий) — численность округа составляет 1 миллион 600 тысяч человек!

Вот так сложилась жизнь, дальше она развивалась, росли дети, сейчас они уже взрослые, у меня пятеро внуков. Шестая внучка Аллочка, к сожалению, рано ушла из жизни… Когда подошёл пенсионный возраст, я, не задерживаясь, все свои функции передал старшему сыну. До этого мы ещё в девяностые годы приватизировали свои предприятия, стали закрытым акционерным обществом. Рад, что наше предприятие не потерялось в безвременье переходного периода, как это, увы, произошло с многими подобными структурами в нашей стране. Ведём техническое перевооружение, внедряем прогрессивные технологии, повышаем качество выпускаемой продукции, осваиваем новые виды изделий. 
На родине, в Брянской области, построил Центр дополнительного образования, создал музейно-этнографический комплекс, построил храм Покрова Пресвятой Богородицы (на фото справа), поддерживаю восстановление памятников, сельских клубов, детских центров. 
Часто бываю в Казани, навещаю друзей. Отрадно то, что друзь­ями стали и наши дети: Юля, Саша, Женя дружат с детьми Наиля Гумеровича Рустемом и Артуром.
Так было судьбе угодно — именно в Казани я вырос как производственник, как состоявшийся человек. За это моему любимому городу и друзьям бик зур рахмат!
А валенки? Конечно, ношу и сам, и все близкие. Без этого никак. 

Записала Альбина АБСАЛЯМОВА
Фотографии из архива Виктора ТИМОЩЕНКО

Следите за самым важным и интересным в Telegram-каналеТатмедиа

Нет комментариев