Логотип Казань Журнал

Видео дня

Показать ещё ➜

Сделано в Татарстане

От архивных снимков до клеёной древесины: архитектор рассказал о регенерации исторических домов в Свияжске

Исторический центр города — это летопись, написанная камнем и деревом. Совершать прогулку здесь не скучно даже в одиночку, ведь вокруг прекрасные «рассказчики» — дома. Они бережно хранят истории не только о людях, что в них жили, и событиях, свидетелями которых стали, но и о том, как, кем и когда были созданы. В их очертаниях — следы эпох, в деталях — образы и символы минувших времён. Нужно лишь научиться видеть и читать эти дома, словно страницы старинных книг. О проектах в Свияжске, тонкостях деревянного зодчества и своём видении современной архитектуры нам рассказал главный архитектор Архитектурной мастерской «Старая Казань» Павел ТИНЯЕВ.

— Над какими объектами в Свияжске Вы трудились в последние годы?

— За девять лет — с 2017 по 2026 год — возвели три объекта индивидуального жилого строительства. Все они практически завершены с точки зрения фасадного облика. Два объекта на набережной реки Щуки выполнены по индивидуальным проектам. Третий, на перекрёстке Троицкой улицы и Монастырского переулка, — это регенерация исторической застройки, воссозданная на основе архивных данных.

— Расскажите об объектах индивидуального проектирования — о том, как создавались эти дома.

— Деталировка разрабатывалась на основе типичных решений, характерных как для острова Свияжск в частности, так и для нашего региона в целом. Оба дома не относятся к рядовой застройке, так как расположены в нетипичной среде — на перекрёстках улиц.
Дом № 10 на набережной реки Щуки выходит на площадь — формально она так не обозначена, но по совокупности факторов выполняет её функцию. Дом на набережной Щуки, расположенный ближе к монастырю, стоит на перекрёстке, что также делает его объектом индивидуального проектирования. Типовых решений для таких участков в Свияжске не предусматривалось.

— В чём заключалась сложность проектирования?

— Для рядовой застройки характерна линейная организация: дома стоят вдоль улицы, имеют соседа сбоку, один главный фасад, два боковых и один задний. Объекты на перекрёстках такой схеме не соответствуют, поэтому требуют отдельного проектного подхода. Эти дома должны иметь два главных фасада — это и создаёт основную сложность с точки зрения архитектурного подхода. Необходимо прорабатывать облик сразу с двух приоритетных сторон, чтобы оба фасада выглядели выразительно и гармонично.

— Чем примечателен дом на пересечении Троицкой улицы и Монастырского переулка?

— Этот дом был утрачен в середине XX века и воссоздан по архивным данным. К счастью, сохранились фотоматериалы, и именно по этим снимкам велась работа. В большинстве деталей внешний облик соответствует историческому оригиналу, при этом конструктивные решения уже современные. Лишь один из трёх домов полностью выполнен из дерева — из клеёной древесины. Два других имеют кирпичный остов с деревянной обшивкой и утеплением.

Фото: Юлии Калининой
Фото: Юлии Калининой

В поисках баланса

— Что нужно учитывать в работе, чтобы подчеркнуть историчность, но при этом создать современное, привлекательное для туристов пространство, комфортное для местных жителей и бизнеса?

— В архитектурном проектировании важно держать в фокусе и внешний облик здания, и его внутреннее устройство. Мы изначально закладываем комплексный подход: учитываем интересы и застройщика, и будущего зрителя — того, кто будет воспринимать здание в городской или поселковой среде. Иногда эти интересы расходятся. Например, в вопросах ограждений. По-прежнему ещё встречаются заказчики, желающие максимально отгородиться высоким непрозрачным забором, как это было принято в конце прошлого века. Сейчас таких людей, к счастью, становится всё меньше, происходит психологическая трансформация человека, жившего в 90-е годы. Открытость проникает в умы современного человека, и эта тенденция к открытости всё отчётливее отражается в градостроительном мышлении.
При этом внутренняя планировка остаётся зоной большей свободы — здесь можно реализовать индивидуальные решения, при усло­вии, что они не искажают внешний облик здания. А вот внешняя оболочка должна соответствовать, как это сейчас модно говорить, «духу места». Впрочем, я бы сформулировал это скорее как совокупность факторов, которые мы собираем на этапе предпроектных исследований. Именно они определяют итоговый образ здания.

— Какие факторы Вы имеете в виду?

— Прежде всего, если мы говорим об исторических традиционных зданиях, это региональные особенности формирования и создания декора. Сакральные символы, расположенные на определённых элементах здания, вся эта деревянная резьба — это не просто какие-то затейливые кружева. Они могут выступать как символ, отображающий сущность собственника здания, или как некий народный оберег.

Как читать язык деревянного зодчества

— А сегодня уделяют внимание этим символам в строительстве?

— Раньше такая символика была органичной частью зодчества. На сегодняшний день люди вновь начинают ею интересоваться, изучать, возвращаются к ней, но уже в новом осмыслении. Эта общность в формах и индивидуальность в деталях очень важны. Именно такой симбиоз помогает сформировать уникальный образ населённого пункта.
Путешествуя по нашей великой Родине, я всегда внимательно изучаю, где и как сделаны деревянные строения. Глядя на дома, которым, к примеру, больше 80 лет, ты уже можешь прочитать, о чём думал мастер, когда его создавал. В большинстве случаев он вкладывал в работу мысль и чувство.

Фото: Юлии Калининой
Архитектор Павел Тиняев 
на фоне индивидуального жилого дома 
на перекрёстке Московская — 
Набережная реки Щука.

— И в какой период, по Вашему мнению, подобный подход в работе был утерян?

— Бездумная трактовка началась у нас, наверное, в 80–90-х, когда во многом утратился этот осмысленный подход — на первый план нередко выходила утилитарность, а порой и вовсе безразличие к качеству и итогу своей работы. Раньше строительство часто носило артельный характер: плотники работали бригадами, и каждая стремилась сделать работу максимально достойно в рамках обозначенного бюджета. И даже в самых удалённых населённых пунктах, где никто не оценивал их труд со стороны, мастера старались сделать дом красивым — не ради соперничества с соседями, а из внутреннего стремления к гармонии.
Каждый регион отличается своим подходом к внешнему виду здания. Если наш регион достаточно скромный в том, что касается создания архитектурного убранства, то существуют регионы, где люди могли себе позволить потратить на украшение здания большие средства. К примеру, в Вологодской, Костромской, Яро­славской областях традиционное деревянное зодчество поражает пышностью и тонкостью резьбы невероятной красоты — порой на украшение фасада тратили не меньше средств, чем на внутреннюю отделку. Наша область всё-таки отличалась умеренным подходом. Возможно, это связано с благосостоянием и мироощущением человека, которому уже и этого было достаточно. 
Существуют и очень скупые в этом плане регионы. На севере декор более сдержан, здания очень слабо украшены. В домах, которым уже лет триста, например, хранящихся в музеях-заповедниках вроде Кенозерского парка Архангельской области, мы, конечно, наблюдаем немного другой подход. В их убранстве можно увидеть знаки, глубокую символику, уходящую корнями в древность. Недавно вновь побывал на острове Кижи — и опять поразился тому, сколько смысла и мастерства вложено в каждую деталь. Похожие наблюдения можно сделать и в Переславле‑Залесском, где сохранилось много образцов деревянной застройки. При детальном изу­чении становятся заметны и общие приёмы, которые есть и у нас, и свои региональные нюансы.

— Что общего удалось обнаружить?

— Например, у нас встречается такой элемент, как аркатурный пояс — ритмический фриз под крышей деревянного здания. В нашем регионе он довольно редок: небольшие арочки размером около десяти сантиметров попадаются нечасто. А в Переславле‑Залесском этот приём является очень распространённым.
Причём в традиционном деревянном зодчестве важна не только форма, но и технология изготовления того или иного элемента. 

Индивидуальный жилой дом на набережной реки Щука.
Индивидуальный жилой дом на набережной реки Щука.


 
— Занимаясь традиционной архитектурой, приходилось ли Вам самому работать руками, чтобы глубже прочувствовать ремесло?

— Архитектор, особенно работающий в сфере деревянного зодчества, не должен ограничиваться только эскизами и чертежами — важно попробовать воплотить идею своими руками. Именно поэтому я прошёл программу дополнительного профессионального образования в Учебном центре Музея‑заповедника острова Кижи по направлению «Реставратор объектов деревянного зодчества». В течение десяти дней мы осваивали работу с ручным инструментом, постигали основы плотницкого ремесла — строили, используя только традиционные орудия: топор, стамеску, ручной лобзик, без применения электроинструмента.
Особенно поразило, насколько рационально и продуманно устроено ремесло. Даже обрезки, которые неизбежно возникают при резьбе или подгонке деталей, идут во вторичное использование — из них формируют новые ритмические элементы. Например, вырезанные кружочки или завитушки позже становятся частью другого узора на фасаде. Ты буквально видишь цепочку: вот здесь резали пояс, а обрезки от него пошли на оформление другого участка, а завитушки трансформировались в некий узор.

— С чего начинаете работу над проектом в регионе?

— При строительстве, например, индивидуального жилого дома в том или ином регионе я прежде всего занимаюсь трактовкой региональных особенностей, отталкиваясь от местных традиций. При этом важно сохранять и долю индивидуальности, и не копировать традиционные мотивы, формы и узоры слепо. Гораздо интереснее переосмыслить наследие, трансформировать его и создать что‑то новое, что станет естественным продолжением традиции.

Архитектура 
российской идеи

— Современная архитектура — что это для Вас?

— Термин «современная архитектура» достаточно скользкий. Почему‑то многие называют современной то, что на самом деле просто модно на данный момент.
А модная архитектура, как и мода в одежде, быстро отлетает и теряет актуальность. Сразу видно, что построили тогда, а что — сейчас. Мы проектировали гостиницу на Бурхана Шахиди, и там это особенно наглядно: на один перекрёсток выходят постройки разных эпох, и каждая выглядела модной в то или иное время.
Современная архитектура — отражение духа времени. Сейчас современным непосредственно для России является не копирование каких-то космополитичных стилей, а поиск и открытие русского, российского стиля, национальных и региональных особенностей, как в архитектуре, так и в дизайне, одежде — во всём. Объекты, которые сумеют раскрыть национальную идею, останутся в веках, и, глядя на них, не скажут, что они были созданы в 70-е, 90-е. И, конечно, не стоит забывать, что по закону Витрувия, написанному ещё до начала нашей эры, в первую очередь важны прочность, практичность и красота. 
Сейчас, во время бесконечного потока информации и безграничных возможностей придумывания и строительства чего-либо, мне кажется, немножко глупо заниматься трактовкой общемировых трендов так называемой современной архитектуры, перерисовыванием кубиков, прямоугольников, ромбиков и овальчиков, пытаясь таким образом кого-то удивить. Наверное, наиболее правильно ­искать именно идею. 

Воссоздание утраченного здания  на улице Троицкая.
Воссоздание утраченного здания 
на улице Троицкая.

— Как Вы оцениваете возможности искусственного интеллекта в создании объектов в так называемом русском стиле?

— Искусственный интеллект способен придумать что угодно, но он никогда не сможет создать и правильно трактовать народный орнамент. Гармоничные для глаза формы — может, но смыслы через образы — пока нет. Эта сложность завитка, символа и их соединения — он просто их ещё не научился делать, а именно это и есть народная архитектура с её многообразием форм: образы, которые без слов собираются в смыслы. Искусственный интеллект собирает всё бестолково — ты ему напиши «домик в русском стиле», и он что‑нибудь соберёт. Но человек, который понимает, сразу увидит фальшь. И это — наше окно возможностей. 

— Да, только человек, создавая форму, может наполнить её содержанием. Какая задача сейчас стоит перед современными архитекторами?

— Мне кажется, что путь развития архитектуры на сегодняшний день — не в космополитизме, потому что такой подход становится бессмысленным. Это касается не только индивидуального жилого дома в традиционном стиле, но и любого объекта — нужно найти форму и постараться раскрыть её. Поэтому основная задача российских архитекторов сейчас — придумать архитектуру нашей российской идеи. Я свято отношусь к истории нашей страны и считаю, что она настолько богата, что искать современность нужно именно в ней — и в архитектуре в том числе.

Строящаяся гостиница на улице Бурхана Шахиди.
Строящаяся гостиница на улице Бурхана Шахиди.

 

Следите за самым важным и интересным в Telegram-каналеТатмедиа

Нет комментариев