Логотип Казань Журнал

Видео дня

Показать ещё ➜

Социальная реклама

ЧЕЛОВЕК В ИСКУССТВЕ

Дарья Тихонова: «Мне танцевать нужно много! По-другому я не хочу!»

Журнал № 3, 2018 Имя балерины Дарьи Тихоновой - солистки Пермского театра имени П. И. Чайковского - теперь известно многим. Именно она стала дублёршей героини скандального фильма «Матильда». Дарья сыграла все балетные сцены за актрису Михалину Ольшанскую.

Балерине двадцать два года, её рост сто семьдесят сантиметров, вес сорок пять килограммов. Даша родилась и выросла в Казани, позднее с отличием окончила Пермский хореографический колледж. В театре ей доверяют самые ответственные партии. Она танцует Одетту и Одиллию в «Лебедином озере», Марию в «Бахчисарайском фонтане», Жизель, Машу в «Щелкунчике», занята практически во всех спектак­лях театра.

Детство

- Я помню себя примерно лет с трёх. Всегда любила внимание публики, декламировала взрослым стихи и сказки, которые после прочтения запоминала моментально. Немного позднее начала придумывать разные движения, ещё неосознанные, но уже так или иначе связанные с пластикой. Ложилась на пол и что‑то изображала руками и ногами… Видимо, в этот момент родители и решили направить мою физическую активность в определённое русло.

В пять лет бабушка привела меня в художественную гимнастику. До пяти лет у меня было обычное детство. Но, как только я пришла в спорт, детство закончилось. Я не играла в обычные детские игры, не гуляла «просто так», у меня не было подруг, потому что не оставалось свободного времени. Но я не страдала от этого.

Я охотно занималась гимнастикой и почти выполнила норму КМС (кандидат в мастера спорта.- Ред.), но, как это нередко бывает, у меня возникли напряжённые отношения с тренером. Не хотелось, как раньше, идти на тренировки, и из-за этого увлечение самой гимнастикой тоже сошло на нет. Более того, мне вообще уже не хотелось ничем заниматься. Из-за частых соревнований и сборов я запустила учёбу и думала, что надо вернуться к обычной жизни и войти в нормальную колею. Но мама, увидев моё состояние, спросила: «Даша, как же ты будешь дальше?.. У тебя столько лет был постоянный нон-стоп. Ты же не сможешь просто пойти в обычную школу и больше ничем не заниматься».

И это было правдой. Мои родители далеки от искусства и спорта, но за что я им благодарна, они всегда во всём поддерживали меня и постоянно спрашивали: «Чем бы ты хотела заниматься?» или «Тебе нравится то, чем ты сейчас занимаешься?».

Решение пойти в балет пришло само собой. У меня уже была внутренняя готовность танцевать. Более того, я знала, что хочу танцевать именно те партии, которые, будучи ребёнком, видела на спектаклях в театре оперы и балета. Мне было двенадцать лет, но меня это не пугало. Если в балет приходишь из гимнастики, то физически ты уже подготовлен. Мне не пришлось что-то дорабатывать или нарабатывать с самого начала. В Казанское хореографическое училище я пришла зимой и думала, что в середине года, скорее всего, меня не возьмут, поскольку первый год обучения всегда считается самым важным. Но педагоги согласились меня посмотреть. Прыжок, растяжка, внешние данные… И меня приняли! Конечно, некоторое время пришлось позаниматься дополнительно, но желание танцевать было настолько велико, что уже через два месяца меня стали включать в программы спектаклей. Я стала выходить на сцену, и это мне нравилось всё больше и больше. В девятом классе станцевала свою первую сольную партию в спектакле «Морозко». Помню ощущение радости. Это сейчас, несмотря уже на определённый опыт, каждый раз, выходя на сцену, чувствую повышенную ответственность за то, что делаю, как танцую, как работаю… А тогда, в школе, я просто получала от танца огромное удовольствие! Наши педагоги старались привить нам ощущение свободы на сцене, умение раскрепоститься. И это им удавалось.

Казань и Пермь

После первого курса хореографического училища я переехала из Казани в Пермь. Это не было моим личным решением. Меня в Казани всё устраивало. Но обстоятельства сложились таким образом, что моего педагога Елену Николаевну Щеглову вместе с мужем пригласили работать в Пермь, и они захотели забрать с собой лучших учениц. Поехали не все, поскольку не так просто жить в интернате, без мамы и папы, где ты предоставлен сам себе, а работать и учиться надо до девяти вечера. Меня же это не пугало, тем более что я была уверена в своём педагоге, которая, я знала, меня не бросит и всегда поддержит.

Конечно, первое время ко мне было повышенное внимание. Часто указывали на какие-то недостатки - это не так, то не эдак.… После Казани, где педагоги даже голоса на нас не повышали, я с трудом привыкала к новой для меня жёсткой манере преподавания. В балетном мире хорошо знают Людмилу Павловну Сахарову, которая выпускала в Перми прекрасных балерин, но при этом на её уроках летели стулья, а об остальном я просто умолчу... Но в любом случае, я получила там много нового, поскольку новые педагоги - это всегда новые знания. И я понимаю, что здесь, в Казани, такой рост был бы невозможен.

В Казани я сейчас бываю не часто. Раз в год в дни отпуска. Но этот город был и остаётся для меня самым родным. Потому что тут живут все мои близкие, здесь я начинала заниматься балетом. Я родилась в центре города, и когда приезжаю, очень люблю пройтись по центру. Вообще в Казани и недалеко от города много интересных мест, где можно погулять, или куда-то съездить - в те же Раифу или Свияжск. Энергетически наш город более спокойный, в нём проще жить, в нём нет той повышенной скученности и суетности, которая присуща большим мегаполисам. Когда надолго уезжаю на гастроли в Европу, то начинаю скучать по России. Я люблю свою Родину и не представляю жизни вне неё.

Если же говорить о Перми, то этот город для меня как рабочее место, где я танцую, где мне дают возможность совершенствоваться, расти, проявлять себя. Сказать, что я полюбила его всем сердцем, было бы неправдой.

Самодисциплина

Мой день начинается в девять утра. Достаточно плотно завтракаю. Это может быть и каша, и шоколад, и яичница, и бутерброды… Я никогда не сидела на диетах. Даже не пробовала себя в чём-то ограничить. Вместе с энергией уходит всё лишнее. Когда я бываю в отпуске, все мышцы «опадают», и тогда, наоборот, приходится усиленно питаться, чтобы «набрать форму».

В одиннадцать начинается часовой урок, после которого следуют сольные репетиции. Иногда репетиций может быть много - до четырёх в день. Каждая репетиция длится по полтора-два часа в зависимости от спектакля. Бывает, что репетиции могут поставить по расписанию поздно вечером. И тогда надо уметь собраться и, независимо от настроения, отработать со всей отдачей.

Ещё с тех пор, как я пришла в балетную школу, и мне надо было «нагонять» программу, во мне осталась эта необходимость подгонять себя, готовить к чему-то большему. Был момент, когда я думала, что не смогу стать балериной. Потому что, когда начинаются серьёзные нагрузки и по-настоящему тяжёлая работа, то задаёшь себе вопрос - как выдержать целый спектакль? Сейчас я уже танцую ведущие партии в четырёх спектаклях в месяц. И хочется делать ещё больше! Но, к сожалению, спектаклей становится всё меньше, хотя работы не убавляется. Ужинаю я поздно, в десять - одиннадцать вечера. Примерно в час ночи ложусь спать, правда, после спектакля всегда трудно уснуть.

Балет

Мой репертуар складывается для меня мистическим образом. Когда я училась в школе и смотрела спектакли, то всегда примеряла на себя любимые партии. Я мечтала их станцевать! Сейчас Вселенная будто считывает мои мысли, и в театре мне дают танцевать именно то, что я люблю.

В прошлом году у нас ставили «Золушку». Сюжет спектакля очень закрученный, но многое в нём мне близко и понятно. Героиня так же молода, как я, только пришла в театр и столкнулась с интригами, недобрыми языками, пережила первую любовь и расставание. Эта роль при всей своей внешней лёгкости очень драматичная и достаточно тяжёлая. Но именно такие роли приносят мне удовольствие, и, конечно, я рада, что они у меня получаются.

Не могу сказать, что балет для меня - это профессия на всю жизнь. Я с уважением отношусь к балеринам, которые танцуют и в сорок лет и при этом находятся в великолепной форме. Не ползают по сцене, а порхают! Это зависит не только от работоспособности человека, но и от его внутренних ресурсов. И всё же, когда наступает время уйти, причём уйти самой, а не так, чтобы тебя попросили, то это надо делать с достоинством. Думаю, что я пойду именно по этому пути.

Сложно предугадать, что будет потом. Многие балерины выбирают какую-то общественную деятельность, связанную с искусством, кто-то решает полностью изменить жизнь и найти себя в новой профессии. Мне кажется, что после долгого общения с театральным миром, где люди, в основном, далеки от реальной жизни, появится желание «приземлиться» и найти новую точку опоры.

А пока у меня ещё есть время, и мне, как и любой другой балерине, хотелось бы поработать и на других сценах. Возможно, через несколько лет, когда я почувствую в себе больше профессионализма и уверенности, попробую пройти кастинг в Мариинском театре. С другой стороны, я понимаю, что артистов в Мариинке много, и даже если тебе дадут какую-то партию, вопрос в том, как часто ты будешь занята в спектаклях. Мне, чтобы держать себя в форме, танцевать нужно много. По-другому я не хочу! Бывает, что высокопрофессиональные балерины проводят много времени в ожидании, пока их выпустят на сцену. Для меня это самое ужасное. К счастью, в нашем Пермском театре всегда поддерживают молодых артистов. Через год‑два начинающие балерины уже становятся хорошими солистами, потому что их активно вовлекают в работу.

Матильда

Фильм Алексея Учителя вызвал много споров. Мои коллеги после просмотра фильма разделились на два лагеря. Молодое поколение воспринимало фильм через призму чувств, а старшее - с точки зрения исторических фактов.

Для меня участие в съёмках фильма не стало чем‑то сверхнеобычным. Потому что эта работа была такой же тяжёлой, как и моя. У меня не было времени, чтобы схалтурить, или чуть больше отдохнуть. Работа шла в режиме «нон-стоп». Я приходила на съёмочную площадку в девять утра, а уходила в двенадцать ночи. Эпизод, где Матильда тренируется делать свои тридцать два фуэте между четырьмя стульями, снимали три дня подряд. Я в жизни не делала столько фуэте, сколько во время съёмок! Не говоря уже о том, что у меня все ноги были в синяках, потому что это были не облегчённые, а тяжеленные стулья, которые я сбивала ногами. Конечно, не так легко было настроиться скакать между этими стульями, зная, что сейчас будет больно. Слава Богу, в театре такого нет!

Конечно, съёмки в кино были для меня интересным опытом, и если бы мне предложили ещё раз поучаствовать в кинопроекте, я бы вновь согласилась. Но я бы никогда не оставила балет ради кино. Слишком много труда, слёз, нервов вложено в балет. К тому же, актёр работает, пока идут съёмки, а артист балета трудится без перерыва.

Травма

Это случилось в июне прошлого года. Оставалась всего неделя до окончания сезона. Мне надо было отработать последний премьерный спектакль. Накануне я танцевала «Лебединое озеро» и никакой боли не ощущала, но уже чувствовала, что с ногой что-то не так. На следующий день утром я встала и поняла, что нога у меня просто болтается как тряпочка. Срочно провели обследование, и выяснилось, что у меня разрыв сухожилия. Мало сказать, что это было для меня полной неожиданностью. Если бы я что-то делала неправильно, подвернула ногу, услышала хруст или почувствовала острую боль…. Но ничего этого не было! Сухожилие порвалось не в одночасье, это происходило постепенно. Пермские врачи только головой покачали: «Возможно, вам надо сшивать связки или делать что-то другое. Здесь мы вам не поможем». Пришлось ехать в Казань.

У сухожилия есть такая особенность - если его просто сшить, оно не будет эластичным, и тогда о балете можно будет просто забыть. У меня же ситуация ослож­нялась тем, что внутри были «лохмотья», которые вначале надо были вычищать, а потом наращивать новую ткань. То есть требовалась не одна операция. Это был как гром среди ясного неба. Я ехала на консультацию и ждала, что мне вынесут вердикт: «Танцевать нельзя, дай Бог, если сможете ходить». Но казанские врачи меня успокоили: «Всё будет хорошо!».

Между двумя операциями прошло достаточно много времени. Наверное, врачам нужно было понять, как это делать. Потому что никто и никогда такой операции до них не проводил! Честно говоря, и мне нужен был отдых. И вот зимой мне сделали повторную, уже пластическую операцию. Не для красоты, а больше для физиологичности, чтобы укрепить все швы. Надеюсь, к весне я смогу приступить к репетициям.

Любимые

Самый близкий человек для меня - мама. С ней я могу говорить обо всём. В театре у меня нет близких друзей. Но я не исключение: в нашем театре у всех очень большая загруженность. Уроки, репетиции, спектакли… Когда изо дня в день находишься в большом коллективе, то неизбежно наступает усталость от людей. Я не говорю о публике, там совсем другое. Для меня важно прийти домой и переключиться. Поэтому, когда мне надо просто поговорить, поделиться личным или посоветоваться, то у меня много родных людей - родители, братья, сёстры… Но и с ними я стараюсь не говорить о работе.

Ещё у меня есть Матильда… Это моя любимица, йоркширский терьер, которая сопровождает меня повсюду, ждёт с работы, дарит радостные минуты, и «защищает меня от незнакомцев»!

Многие ошибочно думают, что балерины не выходят замуж, чтобы не рожать детей. Рожают, и после этого возвращаются на сцену и так же успешно продолжают танцевать. Если я встречу человека, которого полюблю, то не исключаю, что у меня тоже будет семья и ребёнок. А пока я свободна. И в любви, и в творчестве.

Наиля ХАЙРЕТДИНОВА

Следите за самым важным и интересным в Telegram-каналеТатмедиа

Нет комментариев