+1°C
USD 77,77 ₽
  • 15 октября 2020 - 12:31
    Осенняя Казань А вы знаете, где в нашем городе есть такое необычное место?
    279
    0
    0
Реклама
Архив новостей

Родом из детства, или Дверь за нарисованным очагом

На краткое время зимних каникул театры Казани всецело оказываются во власти детей: ёлки, праздничные представления, сказки собирают многочисленных маленьких зрителей, жадных до новогодних чудес. Недавний детский театральный марафон послужил нам поводом для разговора о популярных в городе детских спектаклях Качаловского театра и о самом феномене спектакля для детей.

Наша память, прекрасная и капризная Мнемозина,— величайший мистификатор. Она способна с большой точностью воспроизводить события далёкого прошлого, но порой развлекается, совершая прихотливую подмену — более поздние переживания наслаиваются на прежние, порождая неправду или полуправду, которую мы принимаем за истину. 

Память детства — история особая. С одной стороны, именно детские воспоминания отличаются особой яркостью и остротой. С другой — взгляд взрослого затуманивает былую реальность, невидимые тролли подносят кривое зеркало, в котором всё будто бы так, да не так. Оттого мы теряем способность понимать собственных детей, видеть барашка сквозь стенки ящика и узнавать в бесформенной шляпе удава, проглотившего слона. Потому и детские спектакли зачастую грешат фальшью. Мнемозина — богиня памяти и мать всех девяти муз. В этом единстве — глубокий смысл. Талантливая память — залог успеха в искусстве. Качаловцы своего детства не забыли, и мир ребёнка, воссоздаваемый ими на сцене, наделён множеством узнаваемо точных деталей. Молодой, задорной, танцующей и поющей труппе Качаловского театра детские спектакли очень «к лицу». Умение актёров творить театральное озорство, заряжать зрителя энергией веселья и чистой радости в детских спектаклях проявляется особенно ярко.

В репертуаре театра Качалова пять спектаклей для детей: мюзикл «Доктор Айболит» по сказке Корнея Чуковского, музыкальная версия сказки Алексея Толстого «Золотой ключик, или Приключения Буратино», представление «Иван-дурак и черти» по пьесе Льва Устинова, созданной на основе одноимённой сказки Льва Толстого и русских народных сказок, музыкальная сказка «Красная шапочка» по пьесе Евгения Шварца и мюзикл «Приключения Тома Сойера и Гекльберри Финна» по роману Марка Твена «Приключения Тома Сойера». Режиссёр-постановщик четырёх из них, художественный руководитель театра Александр Славутский, видит в спектаклях для детей не «довесок» к взрослому репертуару, а самостоятельное, важное направление работы труппы. Многие из сегодняшних зрителей выросли на детских спектаклях театра. А обращаясь к нынешнему поколению детей, театр «приручает» и воспитывает зрителя завтрашнего дня.

Все детские спектакли театра Качалова подчёркнуто праздничны, музыкальны, с мощным зарядом положительной энергии. В каждом из них создан особый волшебный мир, существующий по своим законам. В мюзикле «Айболит» царит дух приключений, романтики дальних странствий, борьбы с пиратами — над сценой распростёрт просторный парус, а приёмная Айболита легко превращается в корабль. В «Золотом ключике» на сцене выстроен условный итальянский город — башенки из лёгкого металла то образуют ряд домов с причудливыми крышами и замысловатыми фронтонами, то обращаются в каморку папы Карло, харчевню «Три пескаря» или кукольный театр Карабаса Барабаса. В представлении «Иван-дурак и черти» создан стилизованный деревянно-льняной, холщёво-лоскутный мир, где царит стихия народного праздника, озорства, песен, плясок и потешек. В «Красной шапочке» сцена превращена в яркий сказочный лес, усыпанный красными, жёлтыми, зелёными и синими листьями. А в «Приключениях Тома Сойера и Гекльберри Финна» декорации лаконичны, но при этом предельно функциональны: мост и раздвигающийся забор — скупые знаки маленького американского городка с громким названием Санкт-Петербург — позволяют разыграть сцены возле дома тёти Полли, на кладбище, в тюрьме, в здании суда, на улице, в пещере. Во всех постановках очевиден тесный тандем режиссёра и художника-постановщика. Сценография Александра Патракова не просто погружает в среду, но, в соответствии с режиссёрским замыслом, создаёт образное решение спектакля. При этом она не является реалистически завершённой и самодостаточной, а оставляет юному зрителю простор для «достраивания», для увлекательной работы детской фантазии.  Театр Качалова отличает неизменно высокий эстетический уровень как детских, так и взрослых спектаклей и всего его «театрального устройства» — начиная от оформления здания до программ, афиш, буклетов. Одна из задач театра, работающего с детским репертуаром,— воспитывать в детях вкус, чувство красоты, понимание прекрасного. Театр эту задачу осознаёт и с успехом выполняет, равно как и другое своё назначение — учить добру. При этом язык добра не назидателен, а занимателен и остроумен. Неподражаемый самовлюблённый Волк-индивидуалист в «Красной шапочке» (Илья Славутский) оказывается посрамлённым, когда против него, преодолев страх, дружно вступают в борьбу все звери леса. Героям «Айболита» дружба помогает справиться с Бармалеем (Илья Славутский) и кровожадными пиратами (Александр Малинин, Алексей Захаров), а персонажам «Золотого ключика» она позволяет одолеть грозного Карабаса Барабаса (Илья Славутский) и коварного Дуремара (Александр Малинин), раскрыть козни Лисы Алисы (Елена Ряшина) и Кота Базилио (Виктор Шестаков) и обрести чудесный кукольный театр за нарисованным очагом. Труд делает Ивана-дурака (Алексей Захаров) неуязвимым для чертей, спасает от страха, болезней, уныния и скуки, в нём источник его несокрушимой жизнерадостности. За свою человечность и смелость, проявленную в истории с Меффом Поттером (Марат Голубев) и Индейцем Джо (Георгий Логинов), за самоотверженность во время скитаний с Бекки Тэтчер (Славяна Кощеева) по пещере Том Сойер (Павел Лазарев) оказывается награждён — любовью Бекки, уважением горожан и обретением сокровища. Так детская «нескучная классика» поучает, развлекая, и развлекает, преподавая уроки человечности.

В детских спектаклях использованы все регистры воздействия на юного зрителя. Важнейшим из них являются музыка и хореография. В четырёх из пяти спектаклей присутствует живой звук — в постановках принимает участие инструментальная группа театра. Сольные вокальные партии и хоры, с особенной экспрессией звучащие в финале спектаклей (хормейстер — Леонид Тимашев),— это и способ раскрытия характера того или иного героя, и приём нагнетания драматической ситуации, и сильный рычаг эмоционального воздействия. Музыка — важный инструмент создания образа спектакля, передачи атмосферы, колорита, специфического для той или иной сценической реальности. Так, «Иван-дурак» непредставим без задорных русских песен, плясок, частушек и потешек, а «Том Сойер» ярко расцвечен мелодиями и танцами в стиле кантри. Иногда в спектаклях используется намеренное музыкальное разностилье, которое становится формой забавной театральной игры. Волк в «Красной шапочке» (Илья Славутский) неожиданно исполняет джазовую импровизацию, а Заяц (Марат Голубев) самозабвенно отстукивает чечётку.

Не менее важна в детских спектаклях хореографическая составляющая, язык тела и жеста (хореограф — Сергей Сентябов). Для каждой роли найден свой индивидуальный пластический рисунок, будь то мальчишеская пронырливость Буратино (Марат Голубев, «Золотой ключик»), суетливость Ёжика (Алексей Захаров, «Красная шапочка»), крадущаяся вороватая походка лисы (Елена Ряшина, «Красная шапочка») или размашистые, корявые движения Дуремара (Александр Малинин, «Золотой ключик»).

По мнению Ильи Славутского, выступающего в постановках для детей в роли как актёра, так и режиссёра (мюзикл «Красная шапочка»), технология работы над детским и взрослым спектаклем одна и та же. Если ты профессионал, то над мотивами поступков Волка ты будешь размышлять так же серьёзно, как над психологией Городничего. По сути, и в том, и в другом случае речь идёт о схожих общечеловеческих проблемах. Расхождения, с его точки зрения, могут быть в оценках. Не секрет, что в актёрской среде порой предвзято относятся к детским спектаклям. Однако постановки качаловцев для детей отличаются качеством актёрской игры. Чрезвычайно харизматичен и изобретателен в воплощении всевозможных злодеев сам Илья Славутский (Бармалей, Карабас Барабас, Волк); обаятельная, располагающая манера игры отличает Марата Голубева (Буратино, Заяц, Айболит, Мефф Поттер); неизменным успехом у маленьких зрителей пользуются две разные по характеру Лисы (в «Золотом ключике» и «Красной шапочке») в исполнении Елены Ряшиной; универсален и органичен в самых разных ролях Алексей Захаров (Пьеро, Ёжик, Бен-Али, Иван-дурак, Сид); неизменно яркий рисунок роли создаёт Славяна Кощеева (Маланья, Бекки Тэтчер, Птица, Обезьяна). Её дуэт с Алексеем Захаровым в спектакле «Иван-дурак и черти», бесспорно, относится к числу актёрских удач, равно как и трио — Павел Лазарев (Том Сойер), Виктор Шестаков (Гекльберри Финн), Славяна Кощеева (Бекки Тэтчер) в спектакле по роману Марка Твена.

К сожалению, нет возможности в одной статье перечислить все актёрские удачи, остроумные находки и обаятельные воплощения сказочных героев. Но то, что и исполнители ролей второго плана, и те, что играют в эпизодах, отлично владеют своим ремеслом и серьёзно относятся к своей задаче, не вызывает сомнений. Оттого эти спектакли столько лет пользуются любовью зрителя. «Красная шапочка» была сыграна двести раз и неизменно идёт с аншлагами. «Том Сойер» в предыдущей версии пережил триста представлений и по просьбам зрителей был недавно восстановлен с новым составом.

Во время репетиций детских спектаклей режиссёры обсуждают с актёрами психологию ребёнка, обращаясь к их наблюдениям и личному опыту. В результате работы этого коллективного сознательного и бессознательного образы детей становятся правдивыми и достоверными. Забавны и узнаваемы мальчишеское соперничество Тома и Сида, мнимая вражда Бекки и Тома, за которой кроется детская влюблённость, непоседливость Красной Шапочки (Алёна Козлова), когда уши ещё слушают наказы матери, а ноги уже в нетерпении бегут вперёд... По мнению Ильи Славутского, актёрская природа в принципе созвучна детской — та же способность к быстрому переключению внимания, тот же «моторчик» внутри, тот же механизм поглощения информации. Однако от актёров не требуют «играть в детей». Перед ними стоит задача как бы присваивать себе детское сознание и проецировать его на переживания взрослого.

Дети — нелёгкие, бескомпромиссные, но искренние зрители. В их глазах любопытство, открытость, готовность к чуду и смеху. Иное дело взрослые, пришедшие в театр ради детей. Им трудно оторваться от мобильных телефонов, перенастроиться на иную реальность. Но в ходе спектакля лица их меняются, становятся улыбчивей и добрей, на них появляется выражение беззаботной радости, точно им сделали прививку детства. И это чудесное превращение в зрительном зале не уступает волшебству, творимому на сцене. Пусть же театр снова и снова заветным ключиком отворяет дверь, впуская маленького и большого зрителя в царство игры, заповедник радости, оазис непреходящего праздника.

Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


Нравится
Поделиться:
Комментарии (0)
Осталось символов: