+16°C
USD 71,22 ₽
Реклама
Архив новостей

Солнца радостный овал

Журнал "Казань", № 7, 2012

Заместитель директора Татарского академического театра оперы и балета имени Мусы Джалиля Юрий Павлович Ларионов - человек очень живописной, театральной внешности, но, главное, он - человек искусства, человек театра, сотканный из невидимых глазу нитей, тех же самых, которые, как тончайшее кружево, где-то в горних высях сплетаются в затейливые узоры, чтобы потом превратиться в прекрасные оперные и балетные спектакли. А Юрий Павлович следит за тем, чтобы ни одна ниточка не оборвалась, не запуталась, чтобы нигде не образовался узелок. Словом, суть работы заместителя директора - чтобы и артистам, и зрителям в театре было интересно, тепло и приятно. Чтобы в театре стоял дух творчества и атмосфера радости.
15 июня исполнилось двадцать девять лет театральному служению Юрия Ларионова, а 4 июня у него был шестидесятилетний юбилей.


- Юрий Павлович, в чём заключается работа заместителя директора театра?

- Генерировать идеи и воплощать их в жизнь. Например, в своё время я предложил проводить балетный фестиваль именно в мае, поскольку в это время горожане начинают заниматься дачами и в театр ­ходят мало. А мне надо зал заполнять, продавать билеты - в театре же сезон продолжается. И кто бы двадцать пять лет назад - а Нуриевский фестиваль прошёл уже двадцать пять раз - мог подумать, что в наш театр будет невозможно купить билет! Такого сейчас нет больше нигде в России, ни в Москве, ни в Петербурге - чтобы в оперный театр было не достать билетов! А помимо билетов, требуется решать множество разных вопросов, которые постоянно возникают то там, то тут.

- Можете поделиться секретом привлечения зрителей в театр?

- Прежде всего, это высокое качество спектаклей. У нас в каждом спектакле - в каждом, а не только в фестивальных - выступают приглашённые солисты мирового уровня. Мы стараемся, чтобы декорации и костюмы были не просто красивые, а вызывали восторг. Для того чтобы зритель пришёл с удовольствием, а после спектакля пожелал прийти ещё раз, нужно очень много сделать. В нашем театре - просторные гардеробы, красивые, чистые - извините - туалеты, приветливый, улыбчивый персонал - и администраторы, и кассиры, и билетёры. К каждой постановке мы выпускаем содержательные, богато иллюстрированные буклеты, где излагается содержание спектакля, рассказывается о композиторе, об истории создания и исполнения произведения, то есть помогаем зрителям окунуться в атмосферу спектакля, чтобы они не просто глядели на сцену, как в телевизор, а понимали, что к чему, и сопереживали происходящему на сцене.
И к Шаляпинскому, и к Нуриевскому фестивалю проводим выставки, у нас в Большом фойе перед началом спектаклей и в антрактах играет струнный ансамбль. Словом, стараемся делать всё, чтобы публике было интересно и приятно.
И, конечно, у нас отлаженная система распространения билетов: распространители - послы театра к зрителю, они - образованные и культурные люди. Продавать билеты - целое искусство! Самое главное - первый визит в организацию: когда ты светишься, с тобой все хотят общаться! У нас был один распространитель - Радик Шакиров, уникальный человек - за двадцать лет ни одного билета не вернул! И такие люди делают театр! (Говорит с подъёмом и восхищением.) Мы с ним учились вместе в театральном училище. В прошлом году его убили на улице пятнадцати‑шестнадцатилетние подростки. Цепочка золотая у него блестела... Когда я работал в ТЮЗе главным администратором, то сам до обеда продавал билеты, а после обеда занимался своей непосредственно работой. Да, ходил по организациям и продавал билеты! И тоже ни одного билета не вернул - продавал всё! (Радостно смеётся.)

Уже пятый год мы проводим программу «Театр - ветеранам войны и труженикам тыла». Такой акции нигде больше в России нет! Для её осуществления я искал спонсоров, и нашёл: сначала в лице «Единой России», а затем в лице директора Вертолётного завода - Владимира Александровича Лигая. Завод нам перечисляет определённую сумму, и на эти деньги я выделяю билеты для ветеранов. Причём, и на премьеры тоже. В этом году 4 мая на спектакле «Джалиль» мы обратились с воззванием к правительству России, областей, городов, поселковых образований, к бизнесменам, частным лицам, чтобы за три года до 70-летия Победы для ветеранов сделали всё возможное. Если человек - ветеран войны или труженик тыла, у него не должно быть ни материальных, ни бытовых проблем. Ведь их всё меньше и меньше, а через три года совсем мало останется. Надо использовать время, пока они ещё с нами. Я это обращение разослал во все средства массовой информации. Реакции - ноль.

- В чём, по вашему мнению, заключается миссия театра?

- В том, чтобы зритель вышел после спектакля духовно просветлённым, чтобы хоть на пять минут стал чище и лучше в своих воззрениях на мир. Пусть только на пять минут, но это в человеке уже будет заложено, как семечко в землю, понимаете? И заложенное в нём, может, разовьётся позже, и он станет красивее во всех отношениях. Театр - очищающая субстанция!

- Люди приходят в театр получать удовольствие. Но они получают удовольствие и от посещения ресторана, и от футбола.

- В ресторане чище не станешь! (Смеется.) А в театре становится светлее на душе. Я столько раз смотрю спектакли - и часто в финале плачу! Я оперу имею в виду, потому что в ней есть драма. В балете драмы часто нет. А я - драматический актёр по образованию, и как только в балете появляется драма, он начинает мне нравиться!

- А почему в операх почти всегда погибают главные герои?

- Ну, наверное, потому, что главные герои наделены такими качествами, которые выделяют их из толпы. Они более совестливые, или более чистые, или более талантливые. А всем, кто выделяется, во все времена давали по голове - а ну, иди в ряд! Поэтому они и погибают.
Кармен погибает: у неё - талант любви, независимый характер, она не поступилась своими принципами.
Преданная своему возлюбленному Лючия сходит с ума. Герман в «Пиковой даме» застрелился. А были бы они рядовыми, серыми, всё бы у них было в порядке. И жизнь бы их не задела - они были бы невидимыми, сидели бы в щели между плинтусом, как клопы. (Смеётся.) И во время войн погибают честные, порядочные люди, которым стыдно отсиживаться. Война забирает самых талантливых.

- Чем отличается гений от талантливого человека?

- Гений - «парадоксов друг». У гения непонятно, как он ЭТО сделал. А у таланта всё-таки понятно, логику можно проследить. Как Коперник пришёл к мысли, что Земля круглая и вертится? Ведь до него она «была» плоская и стояла на трёх китах!

- Моцарт - гений, а другой - талантливый композитор. Какая между ними разница?

- Наверное, в степени воздействия на людей, в том, что их музыка будит в человеке - какие чувства, какие эмоции.

- По Пушкину, «гений и злодейство - две вещи несовместные». А по-вашему?

- Не знаю, что думал Пушкин… Может, он имел в виду идеал? Я считаю, что в жизни может быть всё. Нет такого, чего не может произойти в жизни. Вопрос только - что и сколько.

- Достоевский вложил в уста князя Мышкина фразу «Красота спасёт мир». Что вы по этому поводу думаете? Ведь войны идут, города бомбят, людей убивают…

- Эта формула выражения мысли Достоевского - наверное, цель, задача. Пока мира во всём мире нет, хотя красоты у нас много - архитектура, природа, музеи, люди, наконец. Видимо, когда наберётся какое-то количество красоты высокого качества, тогда, может, прекратятся и войны, и катаклизмы социального порядка.

- Кстати, насчет красоты. Как появилась среди чудесных спектаклей вашего театра такая постановка, как «Лючия ди Ламмермур» с банками и бандитами?

- Одно время мы много работали с голландской фирмой «Евро стэйдж», и они заказывали нам «осовремененные» оперные постановки. Но у нас стало появляться слишком много таких спектаклей, и директор театра Рауфаль Мухаметзянов сказал: «Всё! Хватит! Будем ставить сами. Хотите - покупайте. Но мы будем продавать своё. Своё видение, своё мировоззрение - то, как мы относимся к искусству. Точку зрения».

- Как вы относитесь к осовремениванию классических опер?

- Я категорически против. Считаю, что это художественный диссонанс. Во‑первых, характер музыки не соответствует тому, что я вижу на сцене. Музыка-то другая - с современными костюмами, джинсами и футболками никак не сочетается! Эта музыка написана для ТОГО времени. Во‑вторых, расхождение между либретто и действием.

- Почему это «осовременивание» так часто происходит? Оно заполонило уже все сцены мира.

- Наверное, в основе здесь экономическая составляющая. Видеопроекции или какие-нибудь коробки на сцене намного дешевле, чем писаные декорации. И делать исторические костюмы - ой, как дорого, да ещё эпоху надо изучать. А тут джинсы и футболку надел - и готово. Это всё упрощенчество нашего времени.
А ещё лень, бездарность и необразованность постановщиков - вот слагаемые, которые влияют на выпуск подобных спектаклей. Сейчас постановщики рискуют НЕ СВОИМИ деньгами. Вот когда они будут рисковать СВОИМИ деньгами, тогда всё с головы на ноги встанет и сразу приобретёт «строгий, стройный вид». И не будет такого, что после пяти-шести показов спектакль приходится снимать.

- В начале ХХ века существовало движение «Искусство для искусства». Насколько это оправ­данно?

- Это всё равно, что сам себя кусаешь за хвост. Что-то рождённое искусственно. Не вижу в этом осязаемости. Пар какой-то. Поэтому оно и заглохло.

- Большевики декларировали в своё время, что искусство принадлежит народу. Прокомментируйте этот лозунг, пожалуйста.

- В этой фразе заложен взгляд политика, в частности, Ленина, на взаимоотношения искусства и народа. Он хотел пропагандировать собственную идеологию и через искусство стал вдалбливать её в мозги народные. А «ленинцы» это семьдесят лет продолжали - все годы, пока правила Коммунистическая партия.

- А искусство может кому-то принадлежать?

- Искусство как процесс принадлежит только его создателю, а результат, плод этого искусства могут купить те, у кого есть деньги. Один может купить картину, а другой - картинную галерею.

- Как у вас родилось первое стихотворение, помните?

- Помню, это в детстве. (Смеётся.) Мне было лет десять-одиннадцать. То было шуточное такое стихотворение. Я его в «Пионерскую правду» посылал!

- Напечатали?

- Нет, конечно! (Иронически.) Ничего, говорили, оригинального. (Смеётся.)

- Что вас подвигло к написанию стихов?

- Вот сижу, значит, я, смотрю в стену… И вдруг родились строки: «Морозец лёгкий лист сковал, траву запорошил, а солнца радостный овал нас грустных дум лишил. В душе покой образовался…». Не помню, как дальше. Такое было настроение. Я должен ходить с блокнотом и ручкой, потому что раз - и строчка пошла. У меня нет такого, что надо сесть и писать. У меня это по наитию.

- Какие вы видите перспективы для театра?

- Создавать прекрасные спектакли и пропагандировать наше искусство, чтобы наш театр приобретал всё больший и больший вес в мире. Публике нужно создавать в театре комфортные условия, но служить надо искусству. И если ты честно служишь, то зрители это оценят.
У меня ещё идея есть: организовать фестиваль классической оперетты и комической оперы. Третий фестиваль! Он стал бы убойным! (Говорит с большим подъёмом.) Тогда бы мы «охватили» все жанры музыкального театра! Но поживём - увидим!

Беседу вела Людмила ЛАВРОВА

Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


Нравится
Поделиться:
Комментарии (0)
Осталось символов: