+5°C
USD 79,33 ₽
  • 15 октября 2020 - 12:31
    Осенняя Казань А вы знаете, где в нашем городе есть такое необычное место?
    974
    0
    1
Реклама
Архив новостей

В стиле джаз

Журнал "Казань", № 5, 2014

Живопись Виктора Тимофеева

Мы задремлем, но нас разбудит
За рекой громыхнувший джаз...
Александр Галич. Письмо в семнадцатый век
Восьмого марта Виктор Евгеньевич Тимофеев отметил «взрослый» юбилей, благодаря которому перешёл в другую «весовую категорию». Люди, знающие художника долгие годы, а многие с детства, с трудом верят в цифру «шестьдесят». Однако для художника важны не паспортные данные, а состояние души, умение оставаться юным и одновременно мудрым, соответственно возрасту. Тимофеев именно такой - умудрённый и по‑молодому азартный в искусстве. Это счастливое сочетание делает его творчество зрелым и по‑настоящему живым.

Сразу после юбилея у художника открылась выставка «Мартовские… иды…» в московской «Арт-наив галерее» («JJDavies Gallerie»). Назвав выставку «Мартовские… иды…» (в Древнем Риме так обозначалась середина марта, с которой начинался год до принятия юлианского календаря), живописец, день рождения которого приходится именно на этот месяц, начал с выставки в Москве свой новый юбилейный творческий год. «Мартовские иды» для Тимофеева - это величие и падение, так часто соседствующие в нашей противоречивой и переменчивой жизни. Немного философии, немного иронии, сказал он сам.

Более четверти работ сразу, в первые два дня выставки, купили Музей органической культуры в Коломне и Музей традиционного искусства народов мира в Москве. Несколько произведений приобрели частные коллекционеры. Одновременно в Москве в Музее наивного искусства закончилась выставка международного фестиваля «Фестнаив-2013», в котором участвовал и Тимофеев, и теперь его работу «Мордовские похороны» увидят зрители Риги и Витебска, куда отправляется передвижная экспозиция. Так имя нашего замечательного художника становится известно самой широкой публике, которая с восторгом принимает его творчество. Работы Тимофеева есть также в Государственном музее изобразительных искусств Республики Татарстан, Национальном культурном центре «Казань», в частных коллекциях Зураба Церетели, Ильдара Галеева («Галеев-галерея», Москва), других собирателей произведений искусства Москвы, Казани, а также США, Аргентины, Франции и других стран.

Виктор Тимофеев в Казани личность известная, очень любимая, но, пожалуй, не вполне оценённая специалистами. Его путь в искусство оказался не вполне стандартным. Как художник он буквально родился в казанском театре. Когда в семнадцать лет Виктор пришёл маляром в декоративный цех Большого драматического театра имени Качалова, его заворожил мир, творящий новую действительность. Работа с театральными художниками над декорациями к спектаклям укрепила в желании заняться рисованием. Какое‑то время он работал в театрах Пскова (где познакомился с нашим земляком Алексеем Аникеенком), Смоленска, Каунаса. Вернувшись в Казань, Виктор в 1982 году поступил на художественно-бутафорское отделение Казанского театрального училища, где учился у Татьяны Андреевны Зуевой. Дипломную работу он посвятил оформлению пьесы Юлиу Эдлиуса «Набережная». Большое значение для Тимофеева имело общение с Баки Урманче.

С 1982 года Виктор начал участвовать в выставках профессиональных художников, в 1997‑м стал членом Союза художников Татарстана. Тогда же, покинув театр, Тимофеев становится свободным художником. Однако любовь к сцене, ощущение того, что «весь мир - театр, а люди в нём актёры», остались в его творчестве. Любой герой в его работах - главный персонаж, он всегда на переднем плане, собственно, других планов в картине и нет, всё всегда на виду, максимально открыто и не прячется за кулисами.

Почти сразу Тимофеев стал формироваться как экспрессионист с крайне субъективным духовным миром. Его манера - упрощённые, зачастую почти абстрактные формы, вылепленные широкими мазками и локальными цветами. В творчестве Тимофеева синтетически соединились экспрессионизм и примитивизм, лубок и декоративное искусство, иконопись. Есть также черты постмодернизма - в элементах интертекстуальности и ироничном подходе к хрестоматийным героям («Ленин и печник» и другие работы). Его живопись и графика эмоциональны, чувственны, артистичны и наполнены импровизациями, как джазовая музыка.

Каждая работа представляет собой вычлененный из пространства кусочек жизни, которому тесно в границах картины, а потому этой живописи практически все­гда «противопоказаны» рамы. «Теснота» сжимает изображение, усиливая состояние тревоги, печали умудрённого жизненным опытом художника, какой‑то щемящей сиротливости. Герой едва помещается, ему тесно, он может деформироваться, наклониться, как деревце на ветру, чтобы попасть в «своё» пространство.

Все элементы плоскостного пространства - люди, животные, деревья, дома - равнозначны. Основные темы художника - взаимоотношения мужчины и женщины, музыканты, животные, просто повседневные события, а также литературные мотивы.

В живописи Тимофеева нет конкретных бытовых сюжетов, но есть очень личное переживание момента собственной жизни, конкретного настроения. Это проявляется в многочисленных работах небольшого формата не всегда правильной геометрической формы (они чаще всего пишутся на кусках ДВП или других подручных материалов, даже бумага для графики нередко бывает неформатной, просто попавшийся под руки картон, лист бумаги, например, рекламная листовка, обои). Тема развивается впоследствии в нескольких живописных или графических сериях.

Одна из основных тем в творчестве Тимофеева - библейская. Художник пишет не канонические изображения героев и сюжетов Священного Писания, а свое­образный парафраз, и не обязательно лик Спасителя будет близок классическому, хотя его образ становится убедительным символом мудрости, понимания и всепрощения. Осмысляя мир через библейские сюжеты, художник с не меньшим интересом берётся за темы религиозных праздников, народных обычаев и обрядов.

В работах художника нет лишних деталей и, как правило, фона, только основные герои в виде лапидарных объектов. Ничто не отвлекает внимания от взаимоотношений, например, мужчины и женщины, внешне грубоватых в своём открытом эротизме и глубоко архаичных, изначальных, в которых нет места условностям, а есть только природная первобытная стихия. Примитивистская стилистика помогает художнику отобразить языческий характер своих персонажей, а особая динамика, экспрессия цвета и линий показывает их природный характер. Кажущаяся простота композиции никогда не упрощает внутреннего содержания - это всегда напряжённое состояние духа, отражение дисгармонии внешнего пространства.

Последние работы становятся всё более декоративными, орнаментальными, в них начинают повторяться элементы изображения, делая картины сложнее по форме и изысканнее по цвету. Часто повторяются коты, рыбы, бутыли, элементы орнаментов.

Изображения нередко дополняются надписями. Это названия картин, обрывки, начальные фразы стихотворений Мандельштама, Пастернака, Блока, Есенина, Хлебникова и других известных поэтов, посвящения писателям, а также строки в стиле поэзии хокку самого художника. Причём слова часто делятся на слоги, делая строку трудночитаемой, зашифрованной, а в целом буквы становятся частью работы, связывая изображение и текст. Фрагментарность, ассоциативность, недосказанность, намёк на опредёленные душевные состояния, взгляды на мир, многосмысловое толкование призывают читателя или зрителя к сотворчеству, сопереживанию.

Многочисленна и графика Тимофеева. Он определил жанр своих графических книг как хокку (хайку) или арт-буки. Книга состоит из нескольких рисунков, обязательно с текстом, датой создания и автографом. Циклы рисунков собираются в отдельные папки-книги. Большинство таких книг - это переживания, настроения, состояния самого художника, и чаще всего на графических листах мы видим персонаж полностью обнажённый, совершенно открытый миру.

Интересно оформление рисунка, которому не нужны традиционные рамы. Это паспарту из картона, цветной бумаги. В самом рисунке, как правило, всегда есть графическая рамка, стесняющая, давящая изображение и оттого усиливающая состояние печали.

Наивная форма исполнения показывает по‑детски трогательный и ранимый внутренний мир художника. В каждой работе приоткрывается его беззащитный и доверчивый взгляд на мир. По мнению художника, «человеком человека делает искусство, а не достижения техники: музыка, живопись, поэзия в любом проявлении. Я в этом уверен, потому и «крашу картинки».

Ахметова Дина Ирековна - научный сотрудник Института языка, литературы и искусств имени Г. Ибрагимова Академии наук Республики Татарстан и Национального культурного центра «Казань», член общероссийской Ассоциации искусствоведов.


Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


Нравится
Поделиться:
Комментарии (0)
Осталось символов: