+8°C
USD 71,17 ₽
  • 5 октября 2021 - 11:39
    Анонс октябрьского номера журнала "Казань"
    Наши прекрасные постоянные авторы Адель Хаиров, Алексей Егоров, Дмитрий Бикчентаев и главный редактор Альбина Абсалямова рассказывают о том, каким получился наш октябрьский номер! Не пропустите!
    5428
    0
    15
  • 23 сентября 2021 - 11:09
    Хор Эскадрона Не перебивайте!
    Видео к материалу Геннадия Савина «Но жив ещё последний эскадрон» (Журнал «Казань», №10, 2021).
    5279
    0
    1
Реклама
Архив новостей

Двое, картины и кот

Редакция журнала побывала в гостях у семьи художника Евгения Порфирьевича Канева. Он и его супруга Наталия Анатольевна Фёдорова рассказали о местах и реликвиях, питающих их на протяжении жизни.

Часы для любимого преподавателя

Наталия Анатольевна Фёдорова происходит из семьи потомственных историков и педагогов. Вся её родня, включая маму, бабушку, её сестёр, их детей, внуков, зятя, насчитывает более трёхсот лет педагогического стажа.

«Моя бабушка, Евдокия Андреевна Горбачёва, которую я называла мама Дуся, преподавала историю в Казанском педагогическом институте. Студенты её обожали, и многими своими выпускниками она гордилась. Особенно дорогим для неё был выпуск 1940 года. Но, к сожалению, многие из ребят не вернулись с войны. В 1961 году состоялась встреча выпускников, а мама Дуся почему-то не смогла на неё пойти. И вот на следующий день Мансур Ибрагимович Абдрахманов (профессор, автор первого учебника по философии на татарском языке. — Ред.) приехал к нам домой и привёз ей часы с дарственной надписью — «От выпускников 1940 года», которые и по сей день хранятся у нас в семье как реликвия.

Мама, Любовь Фёдоровна Горбачёва, была красавицей и не­обыкновенно добрым, отзывчивым человеком. Всю жизнь она проработала учителем истории в одном здании, где располагалась казанская школа № 15, а впоследствии школа № 18. В её трудовой книжке всего одна запись. Как-то маму спросили: «У Вас были любимчики в школе?» На что она ответила: «Ученик выбирает любимого учителя, а не учитель любимого ученика».

Когда я решила, что пойду на ист­фак, мама сказала: «Хватит уже в семье историков!» Мама думала, что я выберу точные науки. Так получилось, что в жизни мне удалось совместить историю и математику. В университете я преподавала «Математические методы в исторической науке», выпустила учебник по этому предмету. По сути, у меня, как и у мамы, тоже одна запись в трудовой книжке, место работы — наш Казанский университет.

Евгений Канев — студент Казанского художественного училища. 1969

Евгений Порфирьевич Канев: «Пока мои сверстники гоняли в футбол, я вынужден был ходить в «художку»

Мои родители познакомились на войне. Отец, Порфирий Евгеньевич Канев, был сотрудником военной контрразведки «СМЕРШ». В 1953 году его направили на работу в МВД в Казань.

Евдокия Горбачёва с мужем Фёдором Акимовым и дочерью Любовью. 1928

Я не могу сказать, что в детстве мечтал стать художником. Это сейчас, переосмысливая все прошедшие годы, понимаю, что Господь Бог знает, что для нас лучше и ведёт по жизни самым правильным путём. Когда мне было одинна­дцать лет, я как-то увидел, что можно рисовать по клеточкам, таким вот примитивным способом, который может освоить любой ребёнок. Это было как раз в то время, когда Гагарин полетел в космос. И вот я сел и начал по клеточкам выводить портреты космонавтов. Отец, человек далёкий от живописи, увидел мой рисунок, и ему так понравилось, что решил немедленно записать меня в художественную школу. В семье военного приказы не обсуждаются, и отказаться я просто не мог. Пока мои сверстники гоняли в футбол, я вынужден был ходить в «художку». Потом поступил на театральное отделение Казанского художественного училища, где был не самым лучшим учеником, а по его окончании решил уехать по направлению, подальше от Казани. Некоторое время работал декоратором в Барнаульском ТЮЗе, затем в Казанском комбинате торговой рекламы, потом увлёкся кино и, уехав в Москву, остался там почти на двадцать лет.

Женя Канев

Казань так глубоко в меня проникла, что я уже не мог её не рисовать

Время от времени я приезжал домой, чтобы навестить родителей и помочь им. И каждый раз, гуляя по улицам города, поражался его уникальной деревянной архитектуре — и в деталях, и в целом. Видимо, это так глубоко проникло в меня, что я уже не мог этого не нарисовать. «Деревянная» Казань стала одной из главных тем моего творчества. К сожалению, сейчас от неё почти ничего не осталось. Кого могут вдохновить стекло, бетон и металл? Потеряна настоящая красота города, когда можно было восхищаться каждой балясиной, резными наличниками, орнаментами водосточных труб. У меня даже стихи есть об этом…

Евгений Канев — художник комбинированных съёмок. Работа над фильмом «Сильнее всех иных велений»

Мои места силы в Казани — это район Второй горы, улицы Волкова, Айвазовского, Чехова. Если брать шире, то вся часть города от Ульяновых до Большой Красной и от Маяковского до Вишневского. Район с любимыми людьми, с любимыми зданиями и сквериками, мы в нём жили и живём, он наполнен воспоминаниями.

Наша встреча была не случайностью, она была предопределена на небесах

Наталия Анатольевна Фёдорова:

«В мае 2000 года искусствовед Инесса Эделева пригласила нас с мамой на показ работ московского художника Евгения Канева. Она давно мне о нём говорила, хвалила его картины и говорила, что мне они непременно понравятся. И вот прихожу с работы, а мама с Инной ждут меня дома, чтобы пойти на этот домашний вернисаж. Оказывается, они с мамой договорились не просто пойти смотреть картины, а познакомить меня с их автором. Но я этого, конечно, не знала. На вернисаже я выбрала для себя одну работу, но художник просил оставить её до конца выставки, чтобы и другие посетители могли увидеть. Я сказала: «Нет! Хочу забрать сразу!» Он пошёл нас провожать, и мы обменялись телефонами. На другой день Евгений звонит и говорит: «На оборотной стороне картины надо заклеить гвоздики. Давайте, я сделаю, всё-таки это моя ответственность». Я стала отказываться, что, мол, меня и так всё устраивает. Он всё настаивал. В конце концов, пришёл… А гвоздики на этой картине до сих пор не заклеены.

Венчание в Варваринской церкви. 24 ноября 2000

Всё лето мы с Женей переписывались. Его картина висела у меня перед глазами, когда утром я просыпалась, то всякий раз замечала, как по-разному «открываются» её детали. Позднее многие люди не раз говорили мне о некоем психотерапевтическом эффекте Жениных картин. Одна из моих подруг, когда приходит домой в плохом настроении, садится перед его работами (у неё их несколько), минут пятнадцать смотрит на них, и все мысли сразу приходят в порядок.

В июле 2000 года выходила замуж моя крестница Лялька (Лилия Георгиевна Егорова — социолог, преподаватель КФУ. — Ред.). Их венчание с Димой (Дмитрий Туманов — журналист, преподаватель КФУ. — Ред.) проходило в Варваринской церкви. Вечером, на свадьбе, девять незамужних по­друг невесты по традиции ловили букет. И этот букет прилетел мне прямо в лицо! Батюшка Виталий подошёл ко мне и спросил: «Ну что? Венчаться ко мне придёте?» На что я с лёгкостью ответила: «Конечно». Никаких планов выходить замуж у меня в то время не было! Однако так и случилось. Осенью Женя приехал в Казань, и 24 ноября мы обвенчались в Варваринской церкви. И вот нашей семье уже двадцать лет, в 2020-м отметили фарфоровую свадьбу.

Наша семья приросла, появился котёнок Вася — умница и красавец. Он очень любит своего «папу» Женю. Это не первый кот в нашем доме, и, хотя я люблю собак, могу подтвердить, что «без кота и жизнь не та».

Записала Наиля ХАЙРЕТДИНОВА

Фото Гульнары САГИЕВОЙ

 

Как время катится в Казани золотое

 

Казань. Улица Лесгафта

Аль-Булгари. Булгарский мотив

Евгений Канев. Казань. Запомним близкие черты

Реклама

Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


Нравится
Поделиться:
Комментарии (0)
Осталось символов: