Истоки: Как зарождалась и выживала еврейская община Казани

Истоки
История еврейской общины в Казани берёт своё начало с 1832 года, когда в городе был учреждён батальон кантонистов, большую часть которого составляли евреи. Согласно военному законодательству того времени солдаты-евреи могли выбрать из своей среды человека, который исполнял обязанности раввина, и собираться для совершения своих религиозных обрядов, если в местах их службы не было синагоги и раввина. В 1847 году этим правом воспользовались представители казанской еврейской общины и выбрали раввином Залмана Арьевича Симановского.
В последующие годы численность евреев в Казани значительно выросла и к 1865 году составила более 300 человек. В это время военный округ начинает выделять общине денежные средства для найма помещения. В 1865–1875 годах казанская еврейская община снимала помещения в домах Ульянова и Заусайлова.

Расширение общины
В 1865 году за пределами черты оседлости разрешили селиться некоторым категориям евреев-ремесленников, а по закону 1867 года отставные солдаты могли свободно селиться в пределах границ Российской империи. Тем же правом обладали и евреи, получившие высшее образование, купцы первой гильдии и их приказчики. Всё это привело к быстрому росту численности представителей казанской еврейской общины, и в 1883 году в Казани проживало уже 176 еврейских семей, большинство глав которых были выходцами из Белоруссии, Литвы и Латвии. К концу XIX века представители казанской еврейской общины занимались в основном торговлей и различными видами ремёсел. Кроме того, среди них числились работники по найму, музыканты, полицейские, содержатели домов терпимости и другие.
К середине 70-х годов XIX века внутри общины назревают разногласия. Часть казанских евреев во главе с доктором медицины Л. М. Мандельштамом, купцами Лазарем Венециановым и его сыном Соломоном, А. М. Славензоном, А. И. Ратнер выступили с призывом создать отдельную общину. В письме казанскому полицмейстеру в качестве основных причин своей просьбы они указали тесноту помещения существующей общественной молельни для евреев и её дурное управление, которое «по нечистоте и по вкоренившимся предрассудкам распорядителей не может удовлетворять желаниям многих более просвещённых людей, которые желали бы видеть в доме, предназначенном для отправления общественного богослужения, мир, тишину и порядок». На должность раввина они предложили свою кандидатуру — Пинхуса Левина, окончившего Виленское раввинское училище.
З. А. Симановский, в свою очередь, обратился к казанскому губернатору, в письме к которому отметил, что «помещения (...) по своему удобству и обширности могут вместить в себя далеко более того числа евреев, чем в действительности находится ныне в Казани». Кроме того, открытие гражданской молельни означало бы для общины прекращение выплаты пособия от казны на наём молитвенного дома и другие сопряжённые с ним расходы.
В результате на собрании, состоявшемся в 1875 году, большинство общины поддержало З. А. Симановского, которого на должности духовного раввина в 1878 году сменил Герман Менделевич Кассель.
На общем собрании, состоявшемся 27 мая 1878 года, казанские евреи избрали на три года исполняющим должность казённого раввина Черку Залмоновича Шейнкмана, старостой молельни — Мордуха Херсонского, казначеем — Ицхака Абрамовича Вайнера. Но утвердить избранных в их должностях губернское правление отказалось, так как выяснилось, что министр внутренних дел Российской империи не разрешал открытия в городе синагоги, молитвенной школы или молельни. После этого в адрес министра внутренних дел поступает череда прошений и ходатайств об открытии в Казани еврейской молельни (1878, 1882–1883, 1889 годы), но положительного ответа так и не было получено. Более того, в 1889 году военное ведомство отказалось продолжать финансирование общины.

Ходатайство 
о постройке синагоги
По законам империи относительно молельных домов евреев за пределами черты оседлости во главе общины должны были находиться выборный общественный раввин и хозяйственное правление молельного дома, которые избирались на три года и утверждались губернатором. Первым председателем хозяйственного правления казанского молельного дома еврейская община избрала Арона Израилевича Ратнера, который исполнял свои обязанности до 1897 года, когда его сменил Абрам Залманович Персон, занимавший эту должность вплоть до 1917 года. Документы рубежа XIX–XX веков называют старостой молельного дома и казначеем общины мещанина Наума Циммерлинга.
В начале XX века прихожане казанского еврейского молитвенного дома обратились к властям с ходатайством о разрешении постройки в городе синагоги. В то время молитвенный дом размещался в наёмном помещении, снимаемом в доме Смоленцева на Малой Проломной улице, причём владелец этого дома не был связан с еврейским обществом никакими условиями и мог в любое время отказать общине в найме помещения. Площадь арендуемых помещений была недостаточной для молельного дома, который просто не мог вместить всех верующих во время годовых еврейских праздников. Кроме того, по еврейскому обычаю женщины в молитвенном доме должны были находиться отдельно от мужчин, на хорах, а на переустройство помещений Смоленцев категорически не соглашался. Поэтому казанским еврейским обществом и был приобретён участок земли на Варламовской улице рядом с домом купца Шмелёва, предполагаемый под постройку синагоги. Но губернатора не убедили объяснения евреев, и ввиду их небольшого удельного веса среди казанцев (всего 0,6 %) было решено ходатайство оставить без последствий.
В 1912 году участок Смоленцева выкупает Государственный банк, и евреи были вынуждены искать для синагоги новое помещение. Поначалу хозяйственным правлением казанской еврейской общины было решено заняться строительством молельного дома, но казанское губернское правление вновь отказало в этом. А значит, других вариантов, кроме как арендовать подходящее помещение, не оставалось, и строительное отделение губернского правления выдало временное разрешение на частичную эксплуатацию помещений в доме Человеколюбивого общества на улице Мокрой.
Размеры новой синагоги не удовлетворяли нуждам общины, и она арендовала второе помещение в двухэтажном каменном доме Е. Л. Тихомирновой на улице Малой Проломной. 26 октября 1912 года губернское правление, приняв во внимание, что здание на Малой Проломной отвечало всем требованиям Строительного устава, разрешило еврейской общине использовать его в качестве синагоги. После чего казанские евреи обратились к министру внутренних дел с просьбой разрешить выкупить здание в собственность общины. Ответ Министерства (от 10 ноября 1912 года) был положительным, и в январе 1913 года здание перешло в собственность еврейской общины Казани. С этого года и ведётся отсчёт 111-летней истории казанской синагоги.
В документах начала XX века сохранились имена членов хозяйственного правления еврейского молитвенного дома и раввинов. Согласно сохранившимся документам, в 1914 году общественным раввином был инженер-механик Эдгард Львович Тицнер. В отчётных документах общества духовным раввином с конца XIX века и до 1915 года называют Шарфа. Последним дореволюционным раввином (одновременно общественным и духовным) был Абрам Гирш Хацкелевич Лейкин.
Казанская еврейская община на всём протяжении своего существования поддерживала лояльные отношения с местными властями. Одной из основных причин этого было то, что община всегда придерживалась канонов традиционного, умеренно ортодоксального направления иудаизма, избегая различных радикальных движений и направлений.

Новое время
С приходом советской власти начинается наступление на религию. После принятия в 1918 году Декрета «Об отделении церкви от государства» всё церковное имущество объявлялось национальной собственностью, и религиозные общества могли получить культовые здания в пользование только после подписания соответствующего договора. 6 июля 1926 года еврейская община Казани заключает договор с Казгорсоветом на использование синагоги на улице Малой Проломной.
После свёртывания нэпа, в конце 1920-х годов, началось очередное наступление на религию, сопровождавшееся конфискацией недвижимости религиозных обществ и массовым закрытием молитвенных зданий. В частности, на заседании Президиума ТатЦИКа от 27 февраля 1929 года секретным параграфом шло слушание вопроса о закрытии религиозных зданий и разборке их в целях использования строительного материала. В списке отданных под разборку казанских храмов была и еврейская синагога. Но, приняв во внимание необходимость обеспечения культурного обслуживания еврейского пролетариата, численность которого в Казани росла, на очередном заседании Президиума ТатЦИКа 3 апреля 1929 года было решено расторгнуть договор с еврейской религиозной общиной, закрыть здание и передать его Казгорсовету под культурное учреждение трудящихся евреев.
Для верующих было предоставлено другое помещение в доме № 54 по улице Московской, но еврейским религиозным обществом оно не использовалось, а рели­гиозные обряды до марта 1930 года проводились в доме № 17 по улице Поперечно-Горшечной. Затем до 1937 года община арендовала квартиру № 4 дома № 5/30 по улице Дегтярной. Конечно же, данное помещение не могло вместить всех верующих, и в сентябре 1930 года исполнительный орган общества обратился в ТатНКВД с просьбой выделить под синагогу дом № 23 по улице Лесгафта.
После ликвидации НКВД уполномоченный верующих евреев Л. И. Плискин в 1931 году вновь обратился с просьбой в Комиссию по вопросам культов при Президиуме ТатЦИКа. Выяснилось, что НКВД не выдавал казанскому еврейскому религиозному обществу разрешения на использование квартиры на улице Дегтярной. Несмотря на неоднократные обращения евреев в Москву, Президиум Казгорсовета на заседании 23 декабря 1932 года постановил ввиду недопустимости проведения религиозных обрядов в частных домах подыскать обществу другое свободное помещение. Однако община продолжала собираться по прежнему адресу, пока в 1937 году приговором народного суда 2-го участка Молотовского района не было решено выселить оттуда еврейское религиозное общество.
Еврейская община Казани не прекратила борьбы за возвращение ей синагоги. Однако только с 1943 года, с наступлением «ате­истической оттепели», государство позволило верующим открывать молитвенные дома и проходить перерегистрацию обществ. 10 мая 1947 года было зарегистрировано еврейское религиозное общество, существовавшее в Свердловском районе Казани. В это время обязанности раввина исполнял Алтер Столов. Молитвенного дома общество не имело, а для совершения религиозных обрядов снимало пристрой к частному дому № 35/7 по улице Дегтярной. Однако этот пристрой находился в аварийном состоянии, и вскоре было решено его закрыть. Найти помещение, которое подходило бы для молитвенных собраний, казанскому еврейскому обществу не удалось, что, согласно действовавшему в то время законодательству, создало угрозу его ликвидации. 13 марта 1953 года Совет Министров ТАССР принимает постановление о снятии с регистрации еврейского религиозного общества, что было санкционировано 1 апреля того же года Советом по делам религиозных культов при Совете Министров СССР.
На обращение исполнительного органа общества к уполномоченному СДРК от 8 июня 1953 года с просьбой разрешить евреям Казани собираться для молитв в доме № 42 по улице Качалова Совмин ТАССР ответил отрицательно, указав, что предлагаемое помещение не подходит для проведения молитвенных собраний. Обращение к центральным органам с просьбой пересмотреть данное решение результатов не дало.
После этого казанское еврейское общество обратилось с просьбой помочь в восстановлении регистрации и получении разрешения на открытие молельного дома к депутату Верховного Совета СССР, академику А. Е. Арбузову. Он направил запрос председателю Совета Министров РСФСР Пузанову, который переправил письмо в Совет по делам религиозных культов. В ответе СДРК Совета Министров СССР (от 24 мая 1954 года) А. Е. Арбузову говорилось, что Совет может пересмотреть своё решение о снятии еврейского религиозного общества с регистрации, если Совет Министров ТАССР найдёт возможность удовлетворить ходатайство евреев. Вскоре после этого академик обращается к председателю Совмина ТАССР М.-Г. З. Азизову, но ответа не получает. Решение вопроса об открытии молитвенного дома для общества затянулось на несколько десятилетий. Только в 1996 году казанской еврейской общине было передано здание на улице Профсоюзной, 15, а в конце 1990-х годов в синагоге был произведён капитальный ремонт.
Сейчас здание на улице Проф­союзной, 15, продолжает оставаться центром еврейской жизни Казани. В нём регулярно проходят службы, работает община, а в истории казанского еврейского общества появляются новые страницы. В свою очередь, 111-летняя история синагоги служит напоминанием о том, как упорство и вера общины смогли вернуть то, что было отнято.