-1°C
USD 76,44 ₽
  • 15 октября 2020 - 12:31
    Осенняя Казань А вы знаете, где в нашем городе есть такое необычное место?
    371
    0
    0
Реклама
Архив новостей

Овцы, собаки и возраст пастуха

Журнал "Казань", № 10, 2012

Что дают инвестиции в человеческий капитал

Просто поразительно, как общественное мнение умеет быть слепым и глухим к задачам стратегического значения для страны. Наверное, потому, что когда российское ухо слышит громкое сочетание слов «стратегическое значение», оно сразу рисует в своём представлении генералов, самолёты, ракеты и танки. А на самом деле я процитировал бывшего президента США Джорджа Буша-старшего. Из его доклада сенатской комиссии 1983 года, где он констатировал печальное положение дел в американском школьном образовании. Но даже в конгломерате школьных проблем со свойственной американскому менталитету тщательностью математика была выделена особо в разряд «национальных проблем стратегического назначения».

Америка, привыкшая к мировому лидерству во многих отраслях, в сфере математического обучения школьников прочно обосновалась в конце второй десятки мирового рейтинга. Что не может не беспокоить лидеров США. Мы, и СССР, и Россия, всегда по праву гордились нашим школьным образованием, считавшимся одним из лучших в мире. А уровень нашего математического образования получил всемирный «знак качества» в лабораториях и фирмах Силиконовой долины Калифорнии, научных центрах Европы и Азии. Однако ничто не вечно под луной. Сегодня ситуация стремительно меняется. В какую сторону?

Об этом беседую с профессором Техасского университета доктором наук Муратом Чошановым, приехавшим в Казань по международному гранту Фулбрайта делиться опытом преподавания математики в школах и провести ряд социологических исследований об уровне математического образования в российских школах.

- Мурат Аширович, почему, собственно, Казань, а не Москва, Питер, Ростов, Новосибирск или даже Астана?

- Моя малая родина - Туркмения. Большая - Казань. Куда я приехал более три­дцати лет назад учиться в аспирантуре. Моим научным руководителем был выдающийся учёный-педагог и общественный деятель академик Мирза Исмагилович Махмутов. В Казани я женился, здесь у меня родилась дочь, и здесь же произошло моё становление как учёного-методиста. Наконец, здесь друзья, которые, надеюсь, останутся таковыми до конца дней моих. Спрашивается после всего перечисленного: куда я должен был приехать, как не в Казань?

- Логично. Вы знаете, меня, и не только меня, удивляет вот какое противоречие и несоответствие... Раз американцы хронические «двоечники» по математике, почему же они задавали и продолжают задавать тон в науке, научно-технических инновациях, шоу-бизнесе, предпринимательстве, логистике, вообще в любой организации чего-либо? Почему восемьдесят процентов нобелевских лауреатов - из США?

- Аргумент весомый, но это из другой оперы - уже вузовской. Встречный вопрос: как вы думаете, на чём делается самый прибыльный бизнес?

- На нефти, газе. Торговле оружием, наконец.

- Нет. Самый прибыльный бизнес - на мозгах. В стратегическом плане самая выгодная инвестиция - в человеческий капитал. И американцы лучше всех в мире умеют делать бизнес на мозгах. Чужих, разумеется.

Согласен, у американцев скверная система подготовки школьников по математике. Не беда! Чтобы отставание школьного образования от мировых стандартов не сказывалось на уровне жизни и научно-техническом развитии страны, давайте купим хорошие и качественные мозги на стороне. Поэтому американские вузы - лучшие в мире. Вместе со мной в Техасском университете работают бок о бок представители Бразилии, Китая, Кореи, Перу, Швейцарии, Германии, Англии, России, Японии и так далее. «Техасский университет» - понятие обобщённое, включающее в себя девять университетов в разных городах и шесть научных лабораторий. Более семнадцати тысяч преподавателей и профессоров обучают около двухсот тысяч студентов. Годовой бюджет Техасского университета - десять миллиардов долларов.

Ни в одной из ведущих стран мира профессору не смогут предложить восемьдесят-сто тысяч долларов содержания в год и прекрасные бытовые условия. Когда я жил и работал в Казани, восемьдесят процентов времени уходило на решение бытовых вопросов - транспорт, магазины, дефицит всего, питание, недостаток средств, жилищные и прочие проблемы. В Америке пропорция такова - девяносто процентов моего времени съедает ничем не отвлекаемая работа, десять процентов остаётся на всё остальное.

И по поводу восьмидесяти процентов нобелевских лауреатов «американцев». А вы интересовались национальным составом этих лауреатов? Что, нобелевские лауреаты 2010 года за открытие графена, выпускники московского физтеха Андрей Гейм и Константин Новосёлов,- «английские учёные из Манчестерского университета»? Или выпускник МГУ профессор Алексей Абрикосов, нобелевский лауреат 2003 года из Аргоннской национальной лаборатории США - «американский учёный»? Точно так же «американские учёные» китайского, французского, израильского, английского, немецкого, индийского - и так далее - происхождения. Реально чистых американцев среди нобелевских лауреатов не наберётся и пятой части. Кстати! Если взять филдовские золотые медали по математике, аналог Нобелевки, то за последнее десятилетие четыре из них были присуждены россиянам - Владимиру Воеводскому (2002), Андрею Окунькову (2006), Григорию Перельману (2006, от медали отказался) и Станиславу Смирнову (2010). И все они добивались успеха за пределами Родины. Насколько я помню, Григорий Перельман, решивший «задачу тысячелетия» Пуанкаре, подходы к её решению нащупал то ли в Принстоне, то ли в Гарварде при постоянной обкатке идей с китайскими и американскими математиками. Всё это лишь подтверждает тезис - американцы умеют лучше других эксплуатировать чужие мозги. И компенсируют издержки и недостатки школьного образования.

- По прежнему в России с этим всё «здорово», а у них «всё ещё плохо»?

- Боюсь, что нет. Происходит рокировка в обмене лучшим и худшим. В школах США система стандартизированных тестов превращает обучение математике в простую лотерею: угадал - не угадал. Американские школьники не приучены долго думать над решением задачи или доказательством теоремы. Причём, весомую лепту в это вносят сами американские учителя математики: они не обременяют учащихся домашними заданиями, избегают строгих доказательств, предпочитают не давать учащимся сложных задач, заменяя их большим количеством однотипных, которые легко решаются одним способом. Ещё со школьной скамьи, например, я зарубил себе на носу правило, которое любил повторять мой учитель математики: лучше решить одну задачу тремя методами, чем три задачи - одним. Американские учителя, как правило, уделяют много внимания решению простых, одношаговых задач, злоупотребляют тестами и превращают обучение математике в однообразный тренаж и подготовку детей к очередному тесту.

Так вот, наконец-то американцы убедились, что система тестов в обучении школьников математике не годится - надо развивать и вырабатывать систему мышления у детей, и сейчас готовится реорганизация всей системы математического школьного образования.

А Россия, наоборот, ввела систему Единого госэкзамена. Но это же анахронизм, не оправдавший себя! Худшее берём, от своего хорошего и проверенного избавляемся. И результат не заставил себя долго ждать. Наглядный пример: по результатам пробного ЕГЭ по математике, тридцать процентов выпускников российских школ не смогли решить следующую простейшую математическую задачу в два действия: «Каков будет платёж за электроэнергию, если 1 января счётчик показывал 88,742 киловатт-часа, а 1 февраля - 88,940 киловатт-часа, при условии, что стоимость одного киловатт-часа составляет 3,5 рубля?» Один из школьников посчитал, что за месяц ему придётся заплатить 260 тысяч рублей!?

- Меня вот какой вопрос давно интересует, Мурат Аширович... Возможно, изначально существует какая-то разница в детских мозгах американцев и россиян? Имеет ли место быть такое?

- В 1994-1995 годах, будучи участником программы Фулбрайта в США, я провёл сравнительный анализ состояния математического образования в США и России. Замечу, что в середине девяностых Россия ещё сохраняла по инерции высокий уровень математического образования, доставшийся нам от Союза. Да и ЕГЭ ещё в помине не было. Приведу в качестве примера один из фрагментов того анализа, иллюстрирующих разницу между уровнем мышления российских и американских школьников.

Участники эксперимента: школьники начальных классов США и России. Задача: «Пастух с пятью собаками охраняет стадо, в котором пасётся 125 овец. Сколько лет пастуху?» Результаты: семьдесят процентов российских школьников сразу же заподозрили, что в задаче «что-то не то», «чего-то не хватает». Они сделали вывод о недостаточности информации и сформулировали ответ: «Задача не имеет решения». В то время как семьдесят пять процентов (!) американских школьников пытались найти численное решение. Вот ход их рассуждений: 125+5=130 (слишком старый пастух), 125-5=120 (по-прежнему очень стар), 125:5=25 (теперь о'кей, пастуху 25 лет!).

Причина такой разницы: американских школьников попросту не учат правильно решать задачи. Для них главное побыстрее угадать ответ или найти хотя бы какое-то решение. Неудивительно, что последние десять-пятнадцать лет в школьной математике США проходят под лозунгом «Решение задач как основная цель обучения математике», чтобы привлечь внимание американских учителей к этой проблеме и как-то выправить создавшееся положение. Напротив, нашего малыша в наше доброе советское время с первого же класса российские педагоги учили тому, как надо оформлять решение: прежде, чем выполнить действие в задаче, надо сформулировать к нему вопрос. Кроме того, россиянин, в отличие от американца, был обучен проверять каждое действие в решении задачи, и знал, что если сложить количество овец и собак, то в результате никак не получится возраст пастуха.

Это лишь единичный пример, демонстрирующий разницу между подготовкой среднестатистического российского и американского школьника. Более того, российский шестиклассник мог бы с успехом учить математику в девятом классе американской школы, даже несмотря на то, что учебная программа по математике в школах США шире по содержанию: она включает (дополнительно к российской программе) такие разделы, как «Теория вероятностей», «Статистика», «Дискретная математика». И дело не только в том, что в российской школе одиннадцать классов, а в американской - двенадцать. Корни проблемы американской школьной математики лежат гораздо глубже. Они прежде всего в отношении общества к ней, точнее, в социально-исторических аспектах математического образования в США.

Американское общество стало уделять серьезное внимание математическому образованию с шестидесятых годов XX века, после запуска первого советского спутника. В Штатах поняли, что советские достижения в космонавтике напрямую связаны с состоянием и уровнем развития естественно‑математического образования в бывшем СССР. Американцы рьяно принялись исправлять свои упущения в области школьной математики, но их энтузиазма хватило только на десять лет. В семидесятые в математическом образовании США опять возник «застой». В те годы у нас был свой застой, у американцев - свои. В восьмидесятые они вновь забили тревогу: «Нация на грани риска!» И в очередной раз принялись за реформирование школьной математики.

Однако американцы совершенно непоследовательны в проведении реформ: в математическом образовании, как и во многих других областях, нельзя ничего серьезного достичь наскоками и «кавалерийскими бросками». Тем более что по сравнению с евроазиатскими странами (в том числе и Россиеи) у них нет богатой истории математического образования и не сформированы традиции в области школьной математики. Известно, что в России математическое образование было задачей государственной важности ещё со времён Петра I. Сильные традиции математического образования на протяжении столетий сохраняются во Франции, Швейцарии, Нидерландах и других европейских странах. Это же справедливо и в отношении некоторых азиатских стран, например, Китая, Индии и других. Все эти государства с богатой историей и математическими традициями на порядок превосходят американцев и лидируют в списках сильнейших стран по уровню математической подготовки школьников. Иными словами, можно образно сказать, что как Россия - «ребёнок» в демократии, так США - «младенец» (да простят меня американские коллеги за такое сравнение) в математическом образовании.

И ещё одна очень существенная особенность. Американское общество психоло­гически не готово к тому, чтобы американ­ские школьники стали мировыми лидерами в математике. Для этого, как минимум, необходимо наличие сильного «общественного желания». Если вы думаете, что среднестатистическиий американский родитель очень переживает за школьные математические успехи своего чада, то глубоко ошибаетесь. Он переживает за все что угодно, особенно за спортивные достижения ребёнка в бейсболе, баскетболе, но не за успехи в математике, не говоря уже о чтении или музыке. К слову сказать, российские родители уже давно, на уровне житейской интуиции, чувствуют тесную связь между занятиями ребёнка музыкой, чтением и успехами в математике. Для американских родителей это - «открытие Америки». Лишь в последние годы в США появились исследования, подтверждающие зависимость между успехами детей в музыке, чтении и математике.

- Уважаемый профессор, вы хоть знаете, что случилось в стране за двенадцать лет вашего отсутствия?

- Могу только догадываться.

- Произошла антикультурная и антиобразовательная революция. Россия сейчас - тотально безграмотная страна! Хотите, в течение получаса по любому российскому телеканалу я вам насобираю вопиющие грамматические и орфографические ошибки? Советские телезвёзды шестидесятых-семидесятых годов вспоминают те времена, когда всего лишь за одно неверно поставленное ударение в слове их лишали премиальных и подвергали общественному остракизму. Это было происшествием для всего телевизионного сообщества и месяцами обсуждалось в кулуарах. Дольше всех продержался канал «Культура», где изначально были собраны самые грамотные и квалифицированные специалисты, сейчас и у них в титрах ошибка на ошибке, потому что пришло «поколение пепси» - безграмотное и бескультурное. А вот вам типичный образчик «местного телевидения» сегодняшнего дня, когда диктор одной маленькой, но очень агрессивной казанской телекомпании, не моргнув глазом, выдаёт такой перл: «Атлантическое море»...

- Увы, это всемирная тенденция проявления массовой культуры... Но я могу вас несколько утешить. Сорок один процент американских четвероклассников (!?) практически не умеют читать или читают по слогам, как наши первоклашки, и только двадцать восемь процентов - могут читать бегло. Двадцать семь - тридцать два процента взрослых фактически функционально безграмотны, то есть не могут написать элементарное заявление о приёме на работу или получении пособия по безработице.

Во время летних каникул во многих публичных библиотеках США организуются конкурсы по чтению для школьников: прочитал четыре книги - получил приз первой категории (например, бесплатный обед в «Макдоналдсе»), прочитал восемь - приз посолиднее (бесплатный билет в кинотеатр) и т. д. Типично американский способ стимулирования... Что касается музыки, то американцам и не снилось иметь такую государственную систему музыкального образования, которая пока еще существует в России. Если и её, согласно европейской «болонской системе», разобьют на «бакалавров» и «магистров», тогда пиши всё пропало.

Вообще, должен заметить, за два месяца пребывания в России, а я уже побывал в Ростове, Екатеринбурге, Москве, на Всероссийском съезде учителей - преподавателей математики при МГУ, я заметил негативные тенденции снижения качества подготовки наших школьников. Боюсь, если дальше так пойдёт, то и наши школьники, складывая и вычитая количество овец и количество собак, начнут получать возраст пастуха. ЕГЭ по математике - это не просто шаг назад, это полная деградация школьного образования.

- Я заметил вот какую психологическую особенность людей. Все, кто «там», в оценке нашего будущего - оптимисты. Все, кто «здесь» - пессимисты. В связи с последним вашим высказыванием выходит, вы тоже - скептик?

- Ничего подобного! Мы должны, так сказать, на руках носить нашу государственную систему подготовки, переподготовки и повышения квалификации работников образования. Американский учитель не включён в систему регулярного профессионального роста; он вынужден перебиваться отдельными конференциями и семинарами по разрозненным проблемам и тематикам, хотя на этих семинарах представляются очень интересные подходы и инновационные технологии обучения. Однако на них учитель получает как бы отдельные красивые фрагменты, кусочки, но не полную картину эффективного обучения математике.

В США резко бросается в глаза оторванность высшей школы от общеобразовательной. Лишь в отдельных штатах, таких, как Северная Каролина, Калифорния, Миннесота, только-только начали осознавать важность этой проблемы. Мы как-то привыкли к тому, что в России почти каждый вуз имеет свои подшефные школы. Более того, во многих российских физико-математических школах и лицеях часть занятий ведут университетские профессора и доценты. В США такой практики нет. Во-первых, здесь нет государственной системы физико-математических школ. Во-вторых, очень редко университетские профессора читают лекции в общеобразовательных школах. Нет и того внимания к математическим олимпиадам, малым академиям наук и т. д., которое проявляют в России. Всё познаётся в сравнении!

- Значит, вы и к идее иннограда «Сколково» относитесь положительно?

- Не совсем. Завалить денежными купюрами «научный рай в отдельно взятом месте» не получится. Думаю, «Сколково» - не более чем попытка выращивания российских карликовых слонов из силикона. Кстати, и с калифорнийской «Силиконовой долиной» не всё так однозначно. «Кремниевая долина умирает», «Кремниевая долина губит инновации»,- слышится в последнее время всё чаще. Чего уж там, даже ветеран IT-бизнеса Дэвид Сакс, недавно закрывший сделку по продаже Yammer компании Microsoft, с сожалением отмечает, что дух Кремниевой долины выдыхается. Это обширная и сложная тема, выходящая за рамки нашей беседы.

- Ну, и последнее. Ваши впечатления от пребывания в Казани?

- Признаться, я ожидал худшего... Лучшие традиции российского и советского школьного образования, позволившие совершить космический прорыв, скорее ещё живы, чем мертвы. Но тревожный звонок уже звенит. Я вспомнил невероятный пример из нашего прошлого. 1943 год... Всё висит на волоске... А Сталин подписывает указ о повышении зарплаты преподавателям и профессорам в четыре-шесть раз! Вот где истоки внушительных побед советской науки и промышленности в шестидесятые годы. А Германия и Япония, кстати, по сей день так и не смогли восстановить свою фундаментальную науку.

В качестве постскриптума о «космических прорывах»... В течение одного летнего месяца произошло два знаковых события. Американская лаборатория «Curiosity» (любопытство) благополучно достигла поверхности Марса и вскоре передала снимки с марсианскими видами небывалого качества в цвете. Феноменальное научно‑техническое достижение! А русский спутник уже в десятый раз (?!) за последние годы не смог выйти на орбиту из-за отказа разгонного блока ракеты «Протон». Итог: очередные семь миллиардов рублей коту под хвост.

В истории уже однажды была ситуация, когда «полёт Гагарина нанёс Америке научно-техническое оскорбление, от которого она не скоро оправится». И что тогда сделали американцы? Срочно делегировали в СССР объединённую комиссию Сената и Конгресса для изучения «российской системы образования». В течение двух месяцев они проехали всю страну от Сахалина до Бреста и были потрясены тем, что школьник из Сахалина за сутки мог перелететь из Сахалина в Брест и на другой день сидеть за партой со сверстниками и... решать те же задачки, что и сахалинцы. Точь-в-точь с тем же учебником, кои писали ведущие учёные страны, по той же методике, кою составляли лучшие академики. У американцев с этим был полный разнобой. Каждый город, округ, деревня имели свои учебники и свои пособия, составленные кем угодно, включая церковников и людей, далёких от образования.

Об этом мне впервые рассказывал при встрече директор Всесоюзного института космических проблем академик Роальд Зиннурович Сагдеев. Между прочим, самый молодой академик в СССР, удостоенный этого звания в тридцать пять лет. Выпускник легендарной школы № 19, что на улице Горького, кою кончали писатели Василий Аксёнов и Рустем Кутуй, кинорежиссёр Станислав Говорухин, поэт Николай Беляев и другие не менее известные люди...

А затем подтвердил министр образования Татарии Мирза Исмагилович Махмутов, любимыми коньками которого во всей обширной системе образования были прежде всего дидактика и методика проблемного обучения. Который, собственно, и направил Мурата Чошанова по этой стезе в середине девяностых во время их совместной работы в Татарско-американском институте в Казани.

А пару лет назад на выборах «Профессора года» в системе Техасских университетов именно наш бывший казанский методист Чошанов получил это звание среди семнадцати с половиной тысяч преподавателей и профессоров и был награждён памятной медалью... В придачу чек на тридцать тысяч долларов.
Кстати, Роальд Сагдеев, в прошлом самый молодой академик СССР, ещё в девяностые переехал в США и является консультантом ведущих научных центров и профессором Джорджтаунского университета в Вашингтоне.

Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


Нравится
Поделиться:
Комментарии (0)
Осталось символов: