+18°C
Сервис недоступен.
  • 12 августа 2019 - 10:01
    Реклама, которая портит город Во всем мире преследуется незаконная рекламная деятельность. Похоже наша Казань к цивилизованным городам не относится
    177
    0
    2
Реклама

Спасибо!

Известный журналист, она во время работы в «золотом» составе «Комсомольца Татарии», лучшей в своё время газеты в республике, была заботливой «мамой» для многих авторов. А для редакции «Казани» с тех пор стала настоящим другом, автором и других публикаций, выступала на встречах с читателями. Надежда Андреевна много лет была подписчицей «Казани», и сегодня, когда её не стало, почтальон продолжает приносить журнал в дом, где она жила…

Был у нас в шестидесятые годы чёрно‑белый телевизор «Звезда», с маленьким экраном, но чуть больше, чем у телевизора «КВН». И вот однажды отмечали мы папин день рождения. Гости, веселье, непринуждённая обстановка. И все тосты поднимали только за папу. Маме стало обидно, что о ней ни слова. Она встала: «А теперь давайте выпьем за его спутницу жизни!» Тут папа подошёл к телевизору и хлопнул по нему: «Телевизор «Звезда»!» Все засмеялись, а мама тогда очень обиделась на папу.

Теперь, когда родителей уже нет в живых, с теплотой и нежностью вспоминаю какие-то детали, словечки…

С братом Юрием. 1940-е

Наша мама, моя и моей сестры Марины, Надежда Андреевна Сальтина (Васильева), родилась 10 сентября 1928 года в деревне Бондюга Елабужского района Татарстана (ныне город Менделеевск). Мать её умерла в родах, оставив на руках мужа двух крошек - маму и её брата Юрия, которому было полтора года. Мамин отец работал кузнецом на Бондюжском химкомбинате. В поисках лучшей жизни дед с детьми и своей матерью переехал в Зеленодольск. А там жила Александра Андреевна Долганова - красавица, первая модница, игравшая в самодеятельном театре. Возможно, дед заметил её на сцене, или познакомились как-то иначе. Когда красавица увидела двух маленьких деток, растущих без матери, сердце её дрогнуло. Она ушла от своего благополучного, души в ней не чаявшего супруга и вышла замуж за деда, став чужим детям заботливой и любящей матерью. Ради детей терпела и пьянство деда, и его походы «налево». Но поднимать двоих детей было трудно, и маму взяли на воспитание родители Александры Андреевны. Её отец был капитаном землечерпательной машины, и всю навигацию мама с дедом и бабкой проводили на Волге. Когда умер мамин дедушка, она вернулась в родительский дом.

Семья переехала в Казань, где мама окончила школу, а затем педагогический институт. Попала по распределению в Дзержинский райком комсомола, заведовала отделом пионеров и школьников. Там она и встретила нашего отца - Генриха Владимировича Сальтина. Перед слётом в школе, куда маму пригласили как члена райкома. Она примеряла пионерский галстук, когда в кабинет вошёл симпатичный молодой человек, секретарь комитета комсомола Управления Казанской железной дороги. Сразу спросил маму: «А вы примете меня в пионеры?» Она пообещала: «Обязательно, если будете хорошо себя вести!» Кандидат в пионеры засмеялся. Через год они поженились.

Родились две девочки: Марина, а через шесть лет я. Большого достатка в семье не было: в пятидесятые-шестидесятые годы люди нашего круга в основном жили небогато. Хотя бедными и ущемлёнными себя не ощущали. Обитали мы в коммуналке с общими удобствами, воду носили из колонки во дворе, печку топили дровами, пока папе, всю жизнь проработавшему на железной дороге, не выделили отдельную трёхкомнатную квартиру!

Родители прожили в любви и согласии пятьдесят семь лет, до папиной кончины в 2006 году. Никогда в семье не было ссор и серьёзных разногласий, я даже не помню, чтобы родители когда-нибудь ругались. Нас они любили, но не баловали - не на что было. Мама сама шила нам с сестрой платья, даже нарядные - на утренники в детском саду. Моё первое платье Снежинки сшила из накрахмаленной марли, и получилось красиво!

С внуком Алёшей. 1988

Как-то мы возвращались из школы с приятельницей. Она пригласила меня к себе в дом, затащила за руку в зал и с гордостью сказала: «Смотри, мы обстановку сменили!» Для меня это было дико - в нашей семье не было культа вещей. Мебель была простая, я даже не обращала внимания, красивая она или нет. Так же и в одежде - чисто, удобно, шикарных нарядов никогда у нас не было.

Учились мы с сестрой без понукания - с интересом. В доме была хорошая библиотека, родители и мы с сестрой много читали - в те времена книги считались главной ценностью в доме. Много лет родители выписывали «Литературную газету», журналы «Новый мир» и «Иностранная литература», и это не было данью моде. Они читали эти журналы, интересовались литературными новинками. Ходили вместе в театры, на концерты, в основном симфонические.

В выражении чувств родители были очень скупы: никогда не говорили «Я люблю тебя», «Ты самая лучшая»… Любовь проявлялась в отношении друг к другу, в поступках, а не в словах. В детстве я больше любила папу - он был ласковый, весёлый. Когда в доме собирались гости, папа всегда был душой компании. Знал много анекдотов, песен, играл на аккордеоне, очень красиво пел глубоким баритоном, хорошо танцевал. С годами я стала ближе с матерью - за её сдержанностью и некоторой сухостью мне открылась большая душа бесхитростного, порядочного, любящего свою семью человека.

Мама всю жизнь была журналистом: после райкома ВЛКСМ - четверть века в редакции газеты «Комсомолец Татарии», сначала заведовала отделом агитации и пропаганды, затем - отделом культуры. У них на работе был великолепный коллектив единомышленников. Вместе отмечали праздники, выезжали на природу, дружили семьями. Многим казанским прозаикам и поэтам мама дала путёвку в жизнь, напечатав их первые произведения. С некоторыми из них дружба сохранилась на долгие годы - с Николаем Беляевым и его семьёй мама общалась до последних дней поэта, поддерживала отношения с литератором Романом Солнцевым (Ринатом Суфеевым). А скольким графоманам пришлось давать отпор! Со смехом мама вспоминала, как один автор принёс в газету такие стихи: «Мы пройдём Кордереры и Альпы и сымем с врагов своих скальпы!» Самодеятельные авторы заваливали газету бездарными стихами и рассказами, и каждому надо было объяснить, устно или письменно, почему его «творение» не пойдёт в печать.

Перед выходом на пенсию семь лет мама редактировала газету «За ударный труд» Татарского швейного объединения по выпуску верхней одежды. В 2004 году ей вручили премию VII Республиканского журналистского конкурса «Хрустальное перо» в номинации «Почёт и уважение».

К юбилеям, памятным датам в семье всегда выпускали стенгазету - с фотографиями, остроумными подписями, смешными рисунками: папа очень хорошо рисовал. Зачастую газету делали не только для своей семьи, но и для друзей, родственников. Мама писала неплохие стихи, коллеги часто просили её сочинить их к чьим-нибудь дням рождения. Так накопился материал на самиздатовскую книжку.

Коллектив «Комсомольца Татарии». В первом ряду третий справа редактор Николай Харитонов.
Мама в верхнем ряду первая слева.

Папа очень любил природу. С ранней весны до поздней осени мы ездили на электричке в лес в Киндери, собирали цветы, грибы, ягоды, щавель, просто гуляли. Однажды мимо нас пробежал заяц, это было неожиданно и запомнилось надолго. Зимой катались на лыжах по Казанке.

Родители всегда привечали моих друзей и друзей моей сестры. Её университетские однокашники, которые приходят в родительский дом в день рождения сестры вот уже больше сорока лет, утверждают: так, как здесь, их больше нигде не принимали.

Сейчас модно стало вспоминать о знакомствах со знаменитыми людьми. Мама не кичилась такими знакомствами, хотя и ей было о чём рассказать. Ко­гда в Казань в 1969 году приехал Евгений Евтушенко, чтобы собирать материал для поэмы «Казанский университет», они с мамой познакомилась в доме Павла Васильевича Аксёнова, отца писателя Василия Аксёнова. Моя бабушка по отцу, Анна Ивановна Сальтина, потеряла на войне своего мужа, моего деда. А в 1956 году в Казань вернулся из семнадцатилетней отсидки в сталинских лагерях старый большевик Павел Васильевич Аксёнов, бывший мэр Казани. Он к тому времени был уже разведён: его жена Евгения Гинзбург в лагерях вышла замуж. Павел Васильевич познакомился с моей бабушкой, и вскоре они поженились. Так в нашу семью вошёл, как мы его называли, «дед Аксёнов» - прекрасный, интеллигентный, добрейшей души человек. Меня всегда поражало, что годы лагерей не озлобили его, не убили веру в идеалы Октября. Так вот, он позвонил маме: «Хочешь познакомиться с Евтушенко? Тогда приезжай к нам!» Мама приехала. Евтушенко попросил её показать Казань. Так завязалось знакомство.

Евтушенко был в доме моих родителей, собрались и студенческие друзья моей сестры. Застолье, смех, разговоры за полночь… Мне было двенадцать лет, маловата я была ещё для умных разговоров. Но общую атмосферу праздника помню. В свой последний приезд в Казань Евгений Александрович позвонил маме, они тепло поговорили, наметили встречу, но она так и не состоялась…

Там же, в доме Аксёновых, родители познакомились с Василием Аксёновым.

Дед Аксёнов долгие годы писал воспоминания о своих «лагерных» буднях. Моя мама их перепечатала на пишущей машинке (компьютеров ещё не было). Уже после смерти деда мама подготовила к печати эти воспоминания, и они увидели свет в девяностые годы в журнале «Казань»: в течение нескольких лет «Последнюю веру» Павла Васильевича Аксёнова журнал печатал в каждом номере. В нашей семье хранится удивительная реликвия: алюминиевая ложка, которой дед хлебал лагерную баланду.

Когда я родила сына Алёшу, мои родители оказались совершено сумасшедшими бабушкой и дедушкой. Внука обожали. Оба уже были на пенсии, причём мама уволилась с работы, чтобы сидеть с внуком. Они дарили ему столько внимания, сколько не могли уделить своим детям, работая и разъезжая по командировкам. Папа научил внука разным мужским премудростям: они вместе строгали, пилили, забивали гвозди, мастерили поделки из дерева и коры. Мама шила для внука кукол, рисовала и клеила из бумаги различные безделушки.

На кухне у плиты бывали оба родителя - у кого находились время и желание, тот и готовил. В основном, конечно, мама. Но вся семья обожала картошку с луком, которую папа жарил на сале. Ничего вкуснее в жизни я не ела!

Нам с сестрой очень повезло с родителями! Я бесконечно благодарна им за своё безоблачное детство, беззаботную юность, за нескучное детство своего сына.

Последние два года, после перелома ключицы, мама уже не могла себя обслуживать: рука не восстановилась. Я вынуждена была переехать к ней и полностью взять на себя заботу о близком человеке.

Мамы не стало 7 июля 2018 года, оставалось два месяца до её девяностолетия. Она прожила достойную жизнь, состоялась как женщина, мать, бабушка, прабабушка, талантливый журналист. Умный и безгранично добрый человек.

Нравится
Поделиться:
Комментарии (0)
Осталось символов:
Реклама