+8°C
USD 78,67 ₽
Реклама
Архив новостей

Образование Татарской республики. Сцена и закулисье

Таково название небольшой книги, завершаемой автором к 100-летию образования Автономной Татарской Социалистической Советской Республики (была образована АТССР, а не ТАССР, как нередко пишут даже в официальных изданиях и сообщениях).1

Так названа республика в Постановлении ВЦИК и СНК РСФСР, опубликованном в «Известиях» 29 мая 1920 года.

 

Постановление подписали Председатель Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета Михаил Калинин, Председатель Совета Народных Комиссаров Владимир Ульянов (Ленин) и Секретарь ВЦИК Авель Енукидзе (Авель Сафронович Енукидзе, соратник и доверенное лицо Сталина, в 1937 году расстрелян как враг народа, имя его нередко «забывают» упомянуть в публикациях, хотя он реабилитирован ещё в 1960 году).

В книге на основе неопубликованных или малоизвестных документов, включая хранящиеся в архивах ЦК КПСС и КГБ СССР (за ознакомление с ними благодарен секретарю ЦК КПСС Гумеру Исмагиловичу Усманову, оказавшему помощь в доступе к секретным фондам в связи с изучением материалов для реабилитации Мирсаида Султан-Галиева и ряда других жертв политических репрессий), приводится ряд фактов из истории национально-государственного строительства, частью которого являлся сложнейший и многоэтапный процесс создания Татарской республики. Некоторые из этих фактов были неизвестны или оценивались, в том числе в центральных изданиях, несколько упрощённо.

В их числе — эпизоды истории попытки создания по декрету Наркомнаца РСФСР от 22 марта 1918 года Татаро-Башкирской Советской республики (слово «социалистическая», которое нередко включают в аббревиатуру её названия даже в энциклопедических изданиях, в нём отсутствует, и, очевидно, не случайно), детища Сталина и Вахитова, структуру которой вождь рекомендовал как образец для Средней Азии и Закавказья. Один из сюжетов — два совещания, созванные в Москве для решения практических вопросов создания ТБССР (из «Татарской энциклопедии» неожиданно узнал, что в первом участвовал мой отец, представитель Временного революционного совета Башкортостана), с делегатами регионов, которые предполагали включить в республику.

Особенно конфликтным было второе совещание 10–15 мая 1918 года, проведённое под руководством народного комиссара по делам национальностей Сталина. На нём обнажились острейшие противоречия между сторонниками и противниками не только создания ТБССР и других республик, но и национальной политики в целом. Группа делегатов в знак протеста против концепции создания ТБССР и нацио­нальной политики, изложенной в докладе Сталина, демонстративно покинула одно из заседаний, за что получила официальное порицание ЦК. В заключительном слове при закрытии совещания Сталин, оценивая взгляды лиц, отрицавших необходимость создания республик и ряда других проектов, назвал это «национальным нигилизмом», который «только вредит делу социализма, играя на руку буржуазному национализму». Однако, вернувшись на места, некоторые из них, в частности Шамигулов, в Оренбурге и Уфе продолжали агитацию против создания ТБСР, а один из «бунтарей» в серии публикаций постоянно упрекал Сталина в нарушении принципа классовости, интернационализма, в потакании буржуазным националистам, и даже в «мусульманской ориентации, которой придерживался и придерживается тов. Сталин». В 1918 году такое ещё сходило с рук, расплата придёт позже, память у вождя была хорошей: все, кто критиковал Сталина на этом совещании, за исключением Шамигулова, были репрессированы в середине 1930-х годов.

В книге дана оценка уникальному сборнику о национальных движениях в Европе, включая и российские, в котором Сталин, очевидно, искал ответ на ряд практических вопросов, которые надо было решать после победы революции. О его значении свидетельствует и письмо секретарю ЦК партии Елене Дмитриевне Стасовой 19 февраля 1918 года с благодарностью за присылку этого сборника, который он давно разыскивал (это был период, когда Сталин особенно много размышлял о создании наиболее рациональных и эффективных форм новых национальных структур, в частности, Татаро-Башкирской республики).

Будет высказана версия автора и о причине того, почему Татария и Башкирия не получили правовой статус Украины, как это предусматривалось документом ЦК РКП(б). Очевидно, этот вопрос продолжал обсуждаться во властных структурах, возможно, вносились и какие-то предложения, Не случайно Сталин при обсуждении проекта Конституции СССР в 1936 году в своём докладе вновь вернулся к этой проблеме с разъяснением причин отсутствия у крупных автономных республик, превосходивших по своему потенциалу некоторые союзные, такого же статуса, начав с Татарии и Башкирии. В книге будет и ряд других сюжетов, в том числе загадочных, о которых можно высказать только версии, опираясь на рассекреченные документы.

Остановлюсь на нескольких эпизодах, непосредственно связанных с образованием АТССР.

Из книг Индуса Тагирова, Рамиля Хайрутдинова, Рафаэля Хакимова и других казанских историков известно, что идея создания Татарской республики первоначально встретила жёсткое сопротивление значительной части руководства Казанской губернии, включая И. И. Ходоровского, возглавлявшего её советский и партийный органы. Одним из многочисленных аргументов было то, что пришедшие к власти национальные кадры не смогут или не захотят обеспечить выполнение плана продразвёрстки в условиях продовольственного кризиса, охватившего многие регионы страны. Об этих скептических настроениях и спорах, пожалуй, наиболее подробно и в основном правдиво рассказано в книге активного участника этих событий председателя Казанского совнархоза Михаила Григорьевича Рошаля «Записки из прошлого». В ней упомянута и встреча Ленина с группой «антиреспубликанцев» из числа делегатов от Казани на IX съезде партии в апреле 1920 года, на которой, как известно, он резко критиковал противников создания национальной республики. Ленин придавал созданию республики и международное значение, видя в ней мощный фактор ускорения мировой революции на мусульманском Востоке, и неоднократно публично говорил об этом. Вот как передаёт его слова участник одного из совещаний: «Народы Востока — резервная армия мировой социалистической Революции. Татарская республика должна служить красным маяком мусульманского Востока».

Тем временем шла весьма неспешная работа по созданию республики, определению её географических, экономических и демографических параметров, которой вместе с казанскими учёными и специалистами (среди них особенно значительную роль играл этнограф и политик Галимзян Шараф) занимался ряд видных деятелей советского государства и партии, имена некоторых исчезли потом из публикаций. Обстановка вокруг создания республики была сложной и нервозной, а темпы этой работы всё чаще вызвали недовольство Ленина.

Описал сложившуюся ситуацию человек, по служебному статусу неоднократно присутствовавший на некоторых заседаниях Политбюро и пользовавшийся тогда полным доверием Сталина, оказавшийся в числе трёх лиц, которым тот поручил просмотр всей поступавшей на его имя корреспонденции и подготовку материалов по ответам на неё. Написано это в начале 1920-х, приводим цитату по тексту оригинала, с уточнением одной фамилии:

«После принятия съездом положения о Татарской республике Центральный Комитет поручил детальную разработку этого вопроса тов. Сталину и Владимирову (речь идёт, очевидно, о Михаиле Фёдоровиче Владимирском — видном государственном деятеле, члене Президиума ВЦИК.— Б.С.), предложив им работать вместе с нами. Горячка гражданской ­войны. Тов. Сталин перегружен работой. Нам не терпится. То и дело звонили Ильичу по телефону. Он всецело на нашей стороне. Наконец, и Ильич не хочет ждать, переносит вопрос о Татрес­публике в Политбюро, и разрешение его принимает на себя. И сейчас ещё помню, как на одном заседании Политбюро Ильич журил членов ЦК за медлительность. По обыкновению разгорячившись, он сказал Каменеву за его медлительность в этом вопросе: «Ни то, ни, сё, а чёрт знает что», а Преображенского, смеясь, назвал «земским начальником».

Этот своеобразный «репортаж с места события» позволяет узнать ряд новых фактов. В первую очередь, очевидна решающая роль Ленина в прекращении волокиты и ускорении создания республики. Узнаём мы и то, что этой работой на завершающем этапе непосредственно занимались член Политбюро Лев Борисович Каменев и член ЦК Евгений Алексеевич Преображенский (оба расстреляны как враги народа, первый в 1936 году, второй — в 1937-м, их имена в публикациях о создании АТССР до сих пор не упоминались).

Постановление Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров об образовании Автономной Татарской Социалистической Советской Республики носило в отдельных положениях и формулировках следы спешки. В частности, таким был пункт, ставший причиной конфликтов, эхо которых докатилось и до нашего времени, гласивший: «Вопрос о включении в состав ТССР Белебеевского и Бирского уездов Уфимской губернии оставить открытым впредь до волеизъявления трудящегося населения этих уездов». Подавляющее большинство населения уездов составляли татары, но предусмотренное волеизъявление так и не состоялось, и уезды вошли в Башкирию, столицей которой стала Уфа, а не Стерлитамак, являвшийся ею с момента образования республики в 1919 году. В тексте документа тоже был разнобой, новообразованная республика именовалась и «АТССР», и «ТССР».

Начало существования АТССР сопро­вождалось рядом событий, имевших всесоюзный резонанс, в частности, печально известным делом Мирсаида Султан-Галиева и другими, столь же одиозными. Наводит на размышления и отказ Сталина при­ехать на партийную конференцию в Казань, на чём настаивал Ленин. Интересно и то, что много позже он был избран делегатом на последний в его жизни XIX съезд КПСС от Татарской партийной организации, что расценивалось тогда как огромная честь и признак благосклонного отношения к республике. Делегат съезда Назиб Жиганов, ректор консерватории, рассказывал мне, что они надеялись получить снимок Сталина вместе с делегацией, но съёмка не состоялась, хотя в середине 1920-х вождь снимался вместе с группой представителей Татарии, которую возглавлял первый секретарь обкома партии Мендель Маркович Хатаевич.

Общественное мнение о создании республики особенно ярко и образно выразил тогда бывший депутат Госдумы, чья речь-отповедь черносотенцам созвучна знаменитому стихотворению Тукая «Не уйдём». Это Калимулла Хасанов, сказавший на одном собрании, что татар наконец-то вернули с задворок истории, куда они попали в 1552 году. Считаю эти слова хорошим устным эпиграфом к предстоящим торжествам по случаю 100-летия образования нашей многонациональной респуб­лики, именуемой теперь Татарстаном.

1 Автор имеет в виду использование названия республики при её упоминании в конкретном историческом периоде. Употребление аббревиатуры «ТАССР» в связи с предстоящим празднованием 100-летия образования автономной республики и в других подобных случаях обу­словлено тем, что многие десятилетия она называлась именно так.— Ред.

 

Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


Нравится
Поделиться:
Комментарии (0)
Осталось символов: