0°C
USD 76,44 ₽
  • 15 октября 2020 - 12:31
    Осенняя Казань А вы знаете, где в нашем городе есть такое необычное место?
    367
    0
    0
Реклама
Архив новостей

Судьба Александровского Пассажа

Журнал "Казань", № 8, 2015
Интересно рассуждение известного философа Алексея Лосева о том, что «судьба есть нечто такое, что движет всем и в то же время непознаваемое». С одной стороны, «судьба ни с кем и ни с чем не считается», с другой, «судьбе, при всём предельном отчуждении от тех, кто находится под её воздействием, есть дело до каждого». Тем самым судьба - это внешняя сила, которая сводит человеческую личность к всеобщему безличному приговору, что делает её неким «небесным» аналогом земного тоталитаризма.
За сорок лет реставрационной практики я убедилась в том, что у каждого здания, как и у человека, есть своя судьба. В статье пойдёт речь о судьбе Александровского пассажа в Казани, на улице Кремлёвской.
У одних объектов культурного наследия судьба благополучная и осмысленная, а у других - трагическая и неотвратимая. В земельном законодательстве есть принцип «единства судьбы» здания и земельного участка под ним. Судьба здания зависит от многих факторов: месторасположения, состояния грунтов, удачности проектного решения, качества материала, условий эксплуатации и много другого. Как на человека, так и на здание влияют войны, пожары, стихийные бедствия и другие обстоятельства. У здания как объекта недвижимости, казалось бы, нет свободной воли в отличие человека (на судьбу человека, по мнению исследователей, влияют семь факторов: наследственность, родители, социальные условия, культура, уровень развития личности, свободная воля и Высшая воля). Но здесь вступает в силу свободная воля собственников, властей, архитекторов, конструкторов. Если продолжить аналогию, в судьбе здания есть своя роль и у реставраторов, которую можно сравнить по аналогии с врачебной. Среди социальных ролей человека здесь может быть выделен уровень медицинского обслуживания (технологии в реставрации).
При этом каждое здание является частью системы городского организма, состояние его влияет на организм в целом, существует и обратная связь.
Волею судьбы моя работа более тридцати лет тесно связана со зданием Александровского пассажа - объектом культурного наследия регионального значения. «Один из немногих пассажей в России. Построен в 1880 - 1883 годах» - так пишут о нём в путеводителях и «Википедии».
После годичной стажировки на кафедре реставрации Московского архитектурного института я начала работать в Татарской специальной научно‑реставрационной мастерской объединения «Росреставрация» осенью 1977 года. Наша мастерская тогда располагалась в здании Петропавловского собора на той же улице, мы каждый день любовались этим зданием, иногда заходили в кафе «Ял» на первом этаже. В тот же год 4 октября произошёл пожар и обрушилась часть здания по улице Мусы Джалиля после окончания реставрационных работ на фасадах и кровле, проведённых нашей мастерской. Прорабом был Емельянов, с которым мы до этого учились в одной школе, для него это было трагедией. Никогда не забуду этот пожар и образовавшиеся после тушения трещину и пролом шириной около шести метров, на стене остались висеть картина и гитара, а вся квартира профессора Казанского университета ушла на глубину двадцать три метра (сказали: «в карстовую воронку»). К счастью, последнего жильца этого дома не было в ту ночь. Тогда же историки вспомнили, что архитектор Генрих Руш предрекал печальную судьбу зданию Александровского пассажа ещё в 1904 году.
Здание было на балансе ПУЖХ Бауманского района, потом городского Управления жилищного хозяйства, решить проблему комплексной реконструкции (памятником здание стало только в 1981 году) ему было явно не под силу. Как раз в 1981 году я перешла работать в Главное архитектурно‑планировочное управление во вновь созданный сектор охраны памятников. Главный архитектор города Мунир Агишев принял волевое решение разместить своё управление в здоровой части здания по улице Кремлёвской, и мы почти сразу в 1981 году переехали на третий и четвёртый этажи Пассажа, где проработали почти двенадцать лет. С нами в этом здании расположились Управление городского комитета по физической культуре и спорту, горкиносети и Контрольно‑ревизионное управление (особенно в исполкоме проезжались насчёт смелости последнего). Если бы по инициативе главного архитектора не использовался и не ремонтировался этот «живой» блок, судьба пассажа была бы ещё печальнее.
В 1989 году горисполком избавился от проблемы сохранения здания, продав его Совместному предприятию «ПОЙНТ» за сумму, на которую можно было купить коттедж. У нас было хозрасчётное подразделение, и новый собственник, имевший обязательство отреставрировать здание за три года, тогда и заказал нам проект реставрации здания Александровского пассажа. Через стенку был аварийный Черноозёрский блок, эксперт Госстроя СССР Гендель нам тогда сказал: «Как услышите характерный треск - сразу бегите. У вас есть максимум пятнадцать минут». В нашу отчаянно смелую команду входили Светлана Персова (сейчас заместитель министра культуры Республики Татарстан), ведущие архитекторы‑реставраторы Алексей Никитин, Юлия Васильева, Татьяна Галузо, Татьяна Пашагина. На обмеры в Черноозёрский блок ходили в касках, как в опасные карстовые пещеры. Так что нам жизненно важно было понять, почему произошло обрушение, почему у этого великолепного здания такая тяжёлая судьба. Мы ускоренно стали изучать и геологию Чернышевского хребтика, и архивные материалы, прежние проектные материалы.
Мы поняли: особенность месторасположения здания Александровского пассажа в том, что под самым его двором проходила в ханское время дорога к воротам посадской стены XV - XVI веков, а ворота располагались под Черноозёрским блоком. Когда Иван Грозный брал Казань, он взорвал подземный ход, который вёл к Тайницкому ключу, и город остался без питьевой воды. По этой дороге казанцы выходили к Чёрному озеру, чтобы набрать воды из озёр, но она была непригодной для питья, и город пал. Этот путь впоследствии был закреплён дорегулярной улицей Камергерской, которая просуществовала до пожара во время пугачёвского штурма Казани в 1774 году.
«Чернышевский хребтик» - это пермские отложения, имеющие в разрезе аналог горного хребта вдоль улицы Кремлёвской, по которому насыпные грунты сползают в сторону Черноозёрской впадины и улицы Профсоюзной. Усугубилась ситуация засыпкой цепи озёр Чёрного, Банного, Поганого, а вода всегда найдёт себе дорогу. Но карст глубиной двадцать три метра образовался не только по причине природных явлений, а имеет «антропогенное происхождение», так как канализация была неисправной и «ходили под себя», эти процессы невидимо подтачивали «здоровье» здания. Если рассмотреть организм в целом, по мнению ряда исследователей‑геологов, от здания Архиерейского дома Казанского кремля до Мергасовского дома (на углу улиц Дзержинского и Наджми) идёт геологическая складка, по которой трещат все здания вдоль Черноозёрской впадины. Таким образом, можно предположить, что здание Александровского пассажа стоит в «геопатогенной» зоне (часть пространства на поверхности планеты, в котором наблюдаются негативные изменения характеристик, жизненно важных для биологических объектов, и людей в том числе). Геопатогенные зоны могут образоваться по чисто природным причинам, в местах напряжения земной коры, в районах сейсмической активности: на участках повышенного карстообразования, над руслами древних рек, исчезнувших в прошлые геологические эпохи, и даже там, где подземные воды стоят близко к земной поверхности. Кстати, кошки и собаки сами могут определять для себя благоприятные и неблагоприятные места. Например, собакам очень не нравится в Пассаже, породистых собак даже рвало там, а кошкам это место очень нравится, их было всегда очень много в Пассаже.
А история строительства и эксплуатации здания оказалась тоже очень интересной. В 1880 году Петербургское общество архитекторов провело конкурс российского масштаба на лучший проект «Доходного дома с пассажем» по просьбе богатого купца первой гильдии Александра Александрова. Когда читаешь условия этого конкурса, поражает его конкретность и точность того, чего хотел амбициозный заказчик: в нём подробно описаны пожелания купца. Отапливаться здание должно было пневматическими печами, расположенными в подвале, снабжаться водой по водопроводу, а освещаться «светильным газом» - в пассаже должно было быть предусмотрено особое помещение для паровой машины.
Конкурс был объявлен в январе 1880 года, а в марте молодые выпускники Петербургской Академии художеств - двадцатитрёхлетний Владимир Суслов и Николай Поздеев представили свой проект под девизом «И нам пора!» (казанский пассаж стал третьим в России - до него были построены пассажи лишь в Москве и в Санкт‑Петербурге).
Огромное здание, оснащённое подъёмными устройствами, пневматическим отоплением, динамо‑машиной для освещения магазинов, поднялось на Воскресенской всего за два с небольшим года. Строил его соученик Владимира Суслова по академии Генрих Руш, старания молодого прораба хорошо оплачивались заказчиком. Стекло, бетон, две башни с французскими часами по углам с колоколами и внутреннее оформление с масонскими символами - всё это было ново и необычно для губернского города.
В момент открытия Пассажа в 1884 году половина помещений двадцати трёх магазинов пустовала, не занятыми оставались часть из семнадцати (вместо пяти‑шести квартир) семейных и тридцати двух меблированных комнат. После смерти Александрова в 1889 году здание по наследству перешло сестре - Ольге Сергеевне Александровой, хотя из источника в источник кочует информация, что «владелец продал его своей сестре за 1 миллион рублей». Она поддержала городского голову Сергея Дьяченко в намерении создать в Казани музей, основанный на подаренных городу экспонатах после проведения различных выставок, часть которых хранились в Пассаже. Ольга Александрова (тогда ещё и не Гейнс) уступила здание городу за 500 тысяч рублей (обычных) для размещения в нём музея. Однако для городского музея здание оказалось непригодным, и здесь разместили меблированные комнаты и магазины.
Содержать Пассаж оказалось слишком накладным для городской казны, поэтому его сдали в аренду. Первые трещины появились уже в 1890 году, главной причиной была засыпка озёр, но сыграл роль и очень странный режим эксплуатации здания. Генрих Руш в 1904 году, незадолго до смерти, обратился в Городскую думу с заявлением о том, что неправильная эксплуатация здания, непорядки в системе стоков в конце концов приведут к обрушению той его части, которая выходит на Чёрное озеро. К тому времени уже была изменена система отопления здания - в нём появились семнадцать голландских печей, не предусмотренных проектом, давно не работали лифты, многие квартиры превратились в более доходные номера. Приходится лишь удивляться тому, что уникальное здание простояло столь долго после такого недвусмысленного предупреждения.
После революции здание было национализировано и передано Управлению коммунального хозяйства Казани, на первом этаже располагались магазины. Здание было сверхплотно заселено, особенно в военные годы, когда тысячи эвакуированных размещали в Казани. Канализация была неисправна, котельная по улице Дзержинского провалилась. Здание было отселено к 1977 году по аварийности, оставалась одна неотселённая квартира, когда произошло обрушение в 1977 году.
Как уже было сказано, в 1989 году здание оказалось в состоянии, близком к аварийному, Черноозёрский блок просел на сорок пять сантиметров. Ввиду технической сложности реконструкции и тяжёлого экономического положения до и после распада СССР здание Александровского Пассажа было передано в собственность предприятию «ПОЙНТ», за указанный в договоре срок собственнику не удалось его реставрировать, хотя с 1989 по 1993 год была проделана большая работа по укреплению фундаментов и тампонажу карстовых пустот, проведены проектные работы, отремонтированы двор и стеклянная кровля над двором.
В 1993 году здание вернули городу и передали на баланс Управления реконструкции при главе администрации Казани. Для производства работ и проектирования были привлечены турецкие фирмы «МЕNSEL JV», «МIMAR», мы своей командой как персональная творческая мастерская архитектора Ф. М. Забировой при Союзе архитекторов Татарстана работали с ними на субподряде, пришлось заново делать проект приспособления. Однако проблема сложных грунтов для турецких коллег оказалась очень сложной, так как они у себя на родине имели дело со скалистыми грунтами.
В рамках подготовки к празднованию 1000‑летия Казани федеральной целевой программы «Сохранение и развитие исторического центра Казани» благодаря тому, что в основном была готова проектная документация, были выделены средства на реставрацию здания Александровского пассажа. Управление реконструкции привлекло польскую фирму «Будимекс», имевшую опыт консервации аварийных зданий. По проекту института «Казанский Гипро НИИ Авиапром» был укреплён Черноозёрский блок, под который подведён новый фундамент и внутри устроен металлический каркас, который придаёт жёсткость конструкции и остановил процесс сползания блока. Мы снова на субподряде делали новый проект реставрации и приспособления с польскими коллегами, выполняли работы фирмы из Словакии. Но деньги кончились тогда, когда фасады отреставрировали, окна поменяли, а в интерьерах остались металлические колонны, перекрытия не доделаны,- восстановление здания затянулось.
В октябре 2007 года распоряжением Комитета имущественных отношений исполнительного комитета Казани здание продали Петербургскому агентству недвижимости. К Универсиаде‑2013 по нашему проекту петербуржцы под руководством генерального директора Агентства Игоря Шопотова и опытного реставратора Н. Л. Никоновой очень качественно отреставрировали фасады. Ведётся мониторинг состояния здания, маркеры в целости, сползание прекратилось. Мы ведём авторский надзор за реставрационными работами, подготовили проект реставрации внутреннего двора. Министерством культуры Республики Татарстан в установленном порядке выдаются задания (уже четвёртое с 1989 года), разрешения, осуществляется государственный контроль. Петербургские коллеги выполняют новый проект приспособления здания под отель «Кемпински», кафе «Ял» должно сохраниться, как и возможность заходить со двора.
Вот такая сложная, извилистая судьба у нашего Александровского пассажа, и дальнейшая судьба здания зависит от многих событий, над которыми мы не властны.
Забирова Фарида Мухамедовна - заместитель председателя Татарстанского регионального отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, советник Российской академии архитектуры и строительных наук, заслуженный архитектор Республики Татарстан.

Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


Нравится
Поделиться:
Комментарии (0)
Осталось символов: